— Ерунда, — возразил Ольгерд. — Если бы это соответствовало истине, я бы помнил иные времена, события и людей. Я бы помнил множество смертей. Я бы родился стариком, сразу умел драться, читать и писать.

— По-своему, ты прав, — согласился учитель. — Но у тех, кто живет в Улкундаре, есть объяснение. Они говорят, что после перерождения мы забываем обо всем, что происходило с нами прежде. Живем с чистого листа. И лишь немногие мудрецы, медитирующие десятилетиями, способны вспомнить предыдущие жизни.

— Красиво, — прошептал Ольгерд, помешивая угли в костре.

— Полная чушь, — буркнул Тунган. — Умирая, мы отправляемся в бездну под Срединным Морем. Или в лунный мир. Кто как жил. Ежели ты грешишь, убиваешь невинных, воруешь, изменяешь жене — готовься к бездне. Твоя душа будет вечно падать во тьму, как в полуночном кошмаре. Наверняка вам снились такие сны. Это предупреждение богов.

— Это культ дваргов? — спросил Вячеслав.

— Нет, — покачал головой проводник. — Это исконная крондатская вера. Вечное слово пророка Кумана.

— А что будет, — перебил Ольгерд, — если вести себя правильно?

Взгляд Тунгана посветлел.

— Тогда, — сообщил проводник, — ты попадешь в лунный мир, Ольгерд. Тебя будет ждать вечное изобилие и прекрасные девы. Все, что ни пожелаешь, появится из воздуха. Страданий не будет. Рядом будут жить твои родственники — те, что не грешили на Тверди. Вот так.

Рык зевнул во сне. Беспокойный дух зверя скитался в сумеречных степных пространствах. Интересно, во что верят рлоки?

— Некоторые думают, — осторожно произнес Вячеслав, — что за порогом тьмы ничего нет.

— Это как? — не понял Тунган.

— Ты умираешь, — пояснил свою мысль Вячеслав, — и превращаешься в труп. Умирает тело, умирает душа. Мир для тебя перестает существовать. Навсегда.

— Никакой души? — переспросил Тунган.

Вячеслав кивнул.

— Никакой.

Проводник сплюнул. Затем снял два вертела с углей и протянул спутникам. Третий вертел взял сам. Пахло жареным мясом и специями. Тунган откусил небольшой кусочек, задумчиво прожевал. Казалось, он может съесть и сами угли. Ольгерд понял, что услышанное потрясло степного жителя.

— И кто в это верит? — не выдержал проводник.

— Кое-где написано, — сообщил Вячеслав, — что в это верили Демиурги.

Тунгана передернуло:

— Жуть. Быть такого не может.

Вячеслав пожал плечами и откинулся на свой рюкзак.

— Кто знает.

Вечером следующего дня Ольгерд заметил дым от костра. Погода стояла ветреная, и струйка стелилась низко над полем. Не сразу и заметишь. Мастера ножей встревожила близость разведенного огня. Не больше пяти стадий. Так он прикинул поначалу.