Был ли у жителей Когтя выбор?

Коэн вспомнил укрепленную набережную и матерей, запрещающих маленьким детям гулять на внешней стороне полуострова.

Не тебе судить.

Переделанный Демиург мог разрушить Верн за несколько часов. И дело не только в его запредельной мощи и размерах. Кракен владел частью забытых технологий. Знаниями, унесенными в Глубину.

Тропинка привела прохожих к арке, над которой первый иерофант много веков назад высек изображение спрута. В небо, по которому мчались тучи, упирался шпиль. Клубящиеся сгустки постепенно заслоняли луны.

Иерофант извлек из широких складок мантии ключ, вставил его в невидимую скважину и со скрежетом провернул.

— Морской воздух, — словно извиняясь, прокомментировал Самаэль. — Разъедает механизм.

Дверь отворилась.

Из провала потянуло холодом и сыростью. Коэн знал, что Святилище Глубины выстроено над старой карстовой пещерой. Работы велись в те незапамятные времена, когда человечество еще не прошло весь путь деградации.

— Нужен факел, — тихо проговорил Самаэль. Коэну показалось, что голос иерофанта дрожит.

Навершие посоха замерцало холодным серебристым пламенем. Иерофант, покосившись на спутника, достал спички (в Верн их привезли с Облаков), чиркнул пару раз и с третьей попытки зажег факел, закрепленный в пристенном держателе. Сняв факел, иерофант двинулся вниз по спиральному коридору.

Всё было в точности, как описывал Кьюсак. Посредник вспомнил давний вечер, когда он сидел в комнате полупустого постоялого двора. Вот так же надвигалась буря. Хотя нет — шторм уже начался. Молнии рвали небо за хлипким окном, гром мешал спокойно разговаривать. А Кьюсак рассказывал Ольгерду и Коэну историю своего бегства с Когтя.

Спираль завивалась во тьму. Толстые стены отрезали звуки моря. Шаги гулко отдавались под каменным сводом. Затем стены расступились, и факел осветил огромное пустое пространство, в котором собирались адепты Культа. Пламя факела управляло тенями, пляшущими на стенах.

Амфитеатр.

Четыре колонны, уступы-скамьи, зияющая тьма в центре. Тьма, заключенная в каменное кольцо.

— Тот самый колодец, — прошептал Коэн, глядя на окружность невероятных размеров. Небольшое озеро — такое не сразу и переплывешь.

— Тот самый, — подтвердил иерофант.

Они неспешно двинулись вперед.

— Как вы с ним связываетесь? — поинтересовался посредник.

Иерофант ответил не сразу.

— Звуками.

— Как?

Иерофант шагнул к непонятному выступу в колонне. Бочка? Коэн осветил пространство перед собой посохом и понял, что это барабан, вмурованный в резную каменную поверхность. Вот оно что! Колонны были полыми. Самаэль приблизился к барабану, взялся за подвешенные палочки с внушительными наконечниками. Ударил.