— Мало, — скривился Коэн.

— Больше они не могут. Ты же знаешь — объединенный облачный флот сейчас движется к осажденному Муру.

— Знаю, — процедил Коэн.

Властители решили, что Мур — главная проблема. Обладание островом, конечно, имеет значение — это контроль над Срединным Морем. Зато Китоград — контроль над миром.

Крылатая мерзость что-то нашептывала Гримлиэлю на своем тайном языке. Коэн привык игнорировать тошнотворных фамильяров магистра. По крайней мере, они были хорошими разведчиками.

Отпустив летуна, Гримлиэль произнес:

— Первыми ударят тандрадианцы.

— Разумно, — без особого удивления сказал посредник. — Это авангард. Самые быстрые, маневренные и жестокие части Посторонних. Они всегда на передовой.

Гримлиэль положил руку на плечо Коэна.

— Мы справимся.

Небосвод темнел. Проступали первые звезды. Шен восставала из космической тьмы. Ледяное око богов.

Коэн думал о том, как много веков назад звезды так же сияли над Тризскими Пустошами. Правда, тогда они назывались Тризскими Степями. Чудовища из Внемирья уже рвали ткань бытия, вылезали из темных пучин и несли смерть народам Преддверья. Стены Китограда, еще мощные и неприступные, купались в лунном свете. Дул ветер. И в этом дуновении ощущалась обреченность. На подступах к древней столице уже кипели магические войны. Держава Четырех Сторон замерла на краю пропасти.

А сейчас тьма нависла над наследниками Царства Вигов.

Седые волосы волшебников развевались на ветру. Оба молчали. У каждого — свой набор воспоминаний. Свои несбывшиеся надежды. Горечь потерь и бремя тяжелых решений.

Иногда такие воспоминания соприкасаются.

Скользят по краю.

— Пойдем к костру, — предложил Гримлиэль.

Маги дружно повернулись спиной к колышущемуся серебристому океану и начали спускаться по лестнице. Седые травы погрузили их в реку прошлого. В которую, оказывается, можно войти дважды.

Костры горели по всему городу.

Виндовг все же решил вынести стоянки под прикрытие стен. Пусть старых и разрушающихся, но стен. В дома никто не лез — крыши и лестничные марши мертвых зданий не внушали доверия. Шатры ставились прямо на улицах и площадях. Колья вколачивались в щели брусчатки. Растяжки крепились к ветвям и балясинам. Сухих дров в Китограде навалом, так что вскоре разгорелись костры. Потянуло дымком, запахло похлебкой и жареным мясом. По городу плыли нежные звуки флейты. Кто-то играл на волынке, где-то звучал зычный голос сказителя.

Волшебники направились к заброшенному Храму.

Здесь стояли палатки северян. Ближе к полуночи, как говорили, прибудет мастер ножей. Кто-то из Внутреннего Круга. Завидев издалека фигуру берсеркера, Коэн обогнул видавший виды шатер и присоединился к сидящим у костра. Здесь были Трибор и Вестас. Потрескивал огонь, кипела похлебка в гнутом котелке. Грорг деловито подсыпал в аппетитное варево специи.