— Здесь мы и умрем, — мрачно пошутил Коэн.

— Тебя переполняют светлые предчувствия, — в тон ему ответил Гримлиэль, на посохе которого восседала крылатая дрянь. — Не додумайся сказать это ребятам с мечами.

— Не додумаюсь, — заверил Коэн, механически переставляя ноги. — Перед лицом вечности все должны улыбаться.

Фамильяр сорвался с посоха магистра и воспарил над пустошью. Отвратительное зрелище.

— Они настолько сильны? — Гримлиэль смотрел вдаль — туда, где вздымались величественные руины Китограда. Говорить приходилось громко — отовсюду доносились лязг, грохот закованных в сталь ног и топот копыт. — Эти твои Посторонние.

Коэн внимательно посмотрел на союзника.

— Ты с ними не сталкивался?

Гримлиэль пожал плечами.

— Напрямую — нет. Хотя живу давно и повидал всякое. Приходилось ощущать их влияние в правящих домах и торговых фракциях. Не более.

— Так и есть, — согласился Коэн. — Это стратегия Посторонних. Действовать через дугих, держаться в тени. Я их разозлил, поэтому началось открытое противостояние. Ты им дорогу не успел перейти. Пока. Эта война, конечно, поменяет расклад.

— Уже боюсь, — прогудел Гримлиэль. В голосе старого мага отчетливо звучала насмешка.

— Так все говорят, — устало произнес Коэн. — Потом вокруг тебя что-то начинает происходить. Влияние , как ты выразился. Плотность событий нарастает. Больше убийц, больше странностей. Вскоре ты понимаешь, что идет охота. И ты — жертва. Почему Турм напал на Ратимира, как думаешь?

Гримлиэль не ответил. Ждал продолжения.

— Год назад перевертни уже шли по моему следу, — напомнил Коэн. — За Турмом уже тогда стояли чужаки из Внемирья. Свенельд, как ты помнишь, родной брат Ратимира. Между Озерщиной и Черноболотьем был заключен мирный договор. Но все рухнуло.

— Оставь, — отмахнулся магистр. — Вражда престолонаследников — обычная вещь под лунами. Однажды это должно было случиться.

— Много совпадений.

Гримлиэль всегда отличался консервативностью. Убедить его в присутствии тайной силы, пытающейся управлять политическим мироустройством, тяжело. И это при том, что Гильдия Магов сама только тем и занималась, что внедряла «серых кардиналов» в правящие дома Тверди. Испокон веков маги враждовали с нуворишами из Торговой Компании, желавшими того же — стоять за каждым решением каждого властителя этого мира.

Первыми в город вошли оборотни.

Перекинувшись в звериное обличье, воины Грорга рыскали среди спящих каменных склепов, прочесывали заросшие бурьяном переулки, заглядывали в проемы первых этажй, принюхивались к запахам, в которых не было ничего человеческого. Гигантские кошки носились по крышам, их лапы упирались в потрескавшуюся черепицу. Степная живность, поселившаяся в зарослях Китограда, убиралась из окраинных кварталов, почуяв приход сотен хищников.