— Понятно, — я вытащил из кошеля пару монет, протянул ей. — Вот. Сними комнату, поешь нормально, выспись. Завтра нам стоит быть в форме.
Она взяла золото, пальцы дрожали. И тут над нами вырос амбал, местный вышибала, его огромная тень упала на стол.
— Эй, убери, — прорычал он, показывая на монеты. — Тут заведение приличное, деньги просто бабам не суют, только шлюхам. И то или кидай на сцену, или тащи её наверх. Ты что, романтик, блин?
Он махнул рукой, типа вали отсюда.
Я без лишних слов встал, оказавшись между ним и Эларией. Глаз Истины выдал уровень громилы, двадцать пятый. Ну, шумит мужик, так ведь не по злобе. Служба, мать её, такая.
— Пошли, — коротко бросил ей и вывел наружу.
Улица встретила холодом и сыростью, воздух обдал влажностью, словно накинул на плечи мокрую тряпку.
— Провожу до гостиницы?
— Нет, — отрезала Элария. — Встретимся у южных ворот через час после рассвета. — Она помолчала и после небольшой паузы добавила: — И ты… чем бы ни занимался сегодня ночью, будь осторожен. Высокий уровень делает нас очень заметными, за нами уже следят.
Я кивнул. Хотел спросить, знает ли она что-нибудь про Гильдию Убийц, но не успел. Элария уже скользнула в темноту улиц, растворившись в толпе.
Немного постоял, задумчиво глядя ей вслед и решая, что делать дальше. Идти за ней смысла не видел, почует тут же, только разозлю, значит, уверена точно, что справится. Тогда займусь своими делами.
Квартал, где тусовались всякие нужные мне личности, находился совсем рядом, но попасть туда не так-то просто. Нас разделяла самая настоящая стена, граница между грязью и глянцем.
Я свернул с улицы, нырнул в боковой проулок, смердящий тухлятиной и мочой, и очутился перед трёхметровым забором. Огляделся, разогнался и ловко прыгнул. Стремительный сработал как надо.
По ту сторону сквозь мрак проступили очертания нищенских хибар, каких-то полуразрушенных стен. Ветер жалобно выл, пробирая до костей… Бродяги жались друг к другу, стараясь согреться и укрыться от снега с ледяной крошкой под каким-то рваньём.
Я замер, пока глаза привыкали к темноте. Глаз Истины — вещь хорошая, но не всемогущая. Видел только контуры, а надо бы чётко.
Хорошо убийцам, следопытам, ворам — ночное зрение им сразу доступно, а я тут, как дурак, полагаюсь на интуицию.
Двинул вдоль стены, тихо, крадучись, стараясь держаться в тени, не маячить на фоне. В этом квартале ошибки не прощают, особенно ночью.
Мрак в трущобах струился, перемещался, словно чернила в воде, делая их куда более зловещими, чем остальной, пусть и ночной, город. Воздух тяжёлый, спёртый, пахнущий отбросами и какой-то застарелой безнадёгой. Людей, казалось, здесь копошилось даже больше, чем на тускло освещённых улицах, только эти предпочитали держаться теней, словно крысы, выползшие на время из своих нор. Сомневаюсь, что они шастали с благими намерениями, скорее наоборот, искали, чем бы поживиться или кому насолить. К сожалению, попадались и те, кто не просто прятался, а замер в ожидании, словно хищник в засаде. Предупреждение Эларии, чёрт бы её побрал с её чутьём на неприятности, теперь мне не казалось пустым звуком.