Хороший фундамент. Выдержит любые стены.

Возчики закончили разгрузку первой телеги, принялись за вторую. Кирпичи росли штабелями у края платформы, красно-оранжевые холмы, аккуратно уложенные рядами.

Я услышал стук копыт, оглянулся. По дороге от барского дома ехала коляска запряженная парой гнедых лошадей. Кучер в темном кафтане, шляпе с широкими полями, сидел на козлах, правил вожжами.

Коляска подъехала, остановилась. Из нее вышел Иван Петрович Баранов.

Одет по-дорожному: темно-коричневый сюртук с бархатным воротником, светлый жилет, серые брюки заправленные в высокие кожаные сапоги. На голове широкополая соломенная шляпа от солнца. В руке трость с серебряным набалдашником.

Лицо румяное, добродушное, борода темная с проседью, аккуратно подстриженная. Глаза умные, внимательные, привычно оценивали происходящее.

Он подошел и протянул руку:

— Александр Дмитриевич! Здравствуйте! Вовремя приехали!

Я крепко пожал его руку:

— Здравствуйте, Иван Петрович.

Баранов оглядел стройку, удовлетворенно кивнул:

— Вижу, кирпич привезли. Глинов не подвел?

— Не подвел. Качество хорошее, брака не заметил. Тысячу штук должно быть, только начали считать.

— Отлично, отлично. — Баранов повернулся к коляске, махнул рукой. — Егор, давай сюда!

Из коляски вылез еще один человек. Мужчина лет сорока пяти, среднего роста, плотный, коренастый. Лицо широкое, скуластое, нос приплюснутый, губы толстые. Глаза маленькие, хитрые, бегающие. Волосы темные, коротко острижены, борода черная, густая, лопатой.

Одет по-мастеровому: темно-синяя холщовая рубаха навыпуск, широкие холщовые порты, кожаный пояс с медной пряжкой. На ногах грубые сапоги, заляпанные глиной. На голове выцветший картуз, надвинутый на лоб.

За поясом торчала связка инструментов: молоток, долото, складная линейка. В руках держал кожаную сумку, видимо, с чертежами или инструментами.

Он подошел тяжелой походкой, остановился рядом с Барановым. Посмотрел на меня оценивающе, сверху вниз, как лошадь на базаре оценивают.

Баранов представил:

— Александр Дмитриевич, это Сергей Иванович Кулаков, старший каменщик. Подрядчик. Я нанял его для кладки стен. Опытный мастер, церковь в Епифани строил, работу знает.

Кулаков кивнул. Голос низкий, хрипловатый:

— Слыхал про вас, ваше благородие. Инженер, говорят. Из столицы.

— Из Москвы, — уточнил я. — Но учился в Петербурге.

— Ну-ну, — Кулаков усмехнулся криво, показав кривые желтые зубы. — Учености много нынче.

Я промолчал, не вступая в спор. Баранов поспешил вмешаться:

— Сергей Иванович, вот фундамент. Видите, готов, схватился, можно начинать кладку. Кирпич привезли, как видите. Завтра еще тысячу привезут. Итого будет две тысячи на первый этаж.