Баранов опустился в кресло за столом, достал гроссбух, раскрыл на чистой странице. Обмакнул перо в чернильницу:

— Итак, где искать каменщиков? Тула в первую очередь. Может, кто-то освободился.

— Сомневаюсь, — ответил я, садясь напротив. — Сезон в разгаре. Но попробовать стоит. Я завтра зайду в управу, узнаю у Зубкова. Он все стройки в городе знает, может подскажет.

— Хорошо. — Баранов записал. — Еще соседние уезды. Алексин, Крапивна, Епифань. У меня там есть знакомые помещики, кто недавно строился. Напишу письма, узнаю сведения о подрядчиках.

— А я дам объявление в тульских ведомостях, — добавил я. — Повышу оплату. Может, кто откликнется.

Баранов кивнул одобрительно:

— Верно. Деньги дело решают. Предложим на рубль-два больше обычного, артель сразу найдется.

Мы обсуждали детали еще минут двадцать. Составили список помещиков, которым напишет Баранов. Прикинули, сколько времени уйдет на получение ответов, дней пять-семь минимум. Я предложил тем временем попробовать найти хотя бы нескольких каменщиков-одиночек, чтобы не простаивать совсем.

За окнами стемнело. Лакей зажег лампы, принес на подносе графин с водой и два стакана.

Баранов отложил перо и потер уставшие глаза:

— Ну что ж, план есть. Завтра начнем действовать. А сейчас… — он взглянул в окно и нахмурился. — Смотрите-ка, коляска подъезжает. Кто это в такой час?

Я подошел к окну. Во дворе перед крыльцом остановилась изящная коляска, запряженная парой гнедых лошадей. Кучер спрыгнул с козел, открыл дверцу. Из коляски вышла женщина в темном дорожном платье.

Анна.

Сердце екнуло. Я не видел ее с того памятного ужина неделю назад, когда она сидела рядом со мной, а с другой стороны Елизавета. После того вечера я старался не приезжать, погрузился в работу. Стройка, мастерская, насосы, все что угодно, лишь бы не думать о запутанной ситуации.

А теперь она здесь.

Баранов удивленно поднял брови:

— Анна Павловна? Что за неожиданность. Она редко приезжает без приглашения.

Он вышел из кабинета в прихожую. Я остался у окна, смотрел, как Анна поднимается по ступеням крыльца. Походка легкая, спина прямая. Даже в сумерках видно, как изящно она двигается.

В прихожей послышались голоса. Баранов приветствовал Анну, удивленно спрашивал о причине визита. Анна отвечала спокойно, извиняясь за поздний визит.

Потом они вошли в кабинет.

Анна остановилась на пороге, увидела меня. На мгновение в глазах мелькнуло что-то, удивление? радость? но тут же исчезло. Она вежливо улыбнулась:

— Александр Дмитриевич, добрый вечер. Не ожидала вас здесь застать.

Я поклонился: