— У меня тренировки в команде. — попытался я робко возразить. — Кубок по футболу очень важен для гимназии.
Глэдис слегка улыбнулась уголком губ.
— До шести вечера тренировки. Репетиции как раз в это время и начинаются.
Актеры и проститутки в одном классовом ряду еще недавно стояли для аристократии. Глэдис тоже попаданка что ли? Хотя для своих и члены королевской семьи в спектаклях участвуют. Ммм, Глэдис меня в высшее общество подтягивает? Ричард Беллингем тоже не обязан был моему старику личное приглашение в гимназию устраивать, достаточно того, что он ему пенсию королевского флота по ранению, к основной и по выслуге лет, выхлопотал.
Неужто Беллингемы настолько должны моему деду?
— Роль пустячная. — уточнила Глэдис. — Второго плана. Пару слов и умираешь. Никто к главной тебя не подпустит. Если сам не заслужишь.
Я отринул всякие сомнения. Пара слов и героическая смерть — довольно полное описание моей прежней службы. Шуточка черновата, но к «белым тапочкам» мы готовы в любой момент. А здесь просто отыграть просят.
— Я благодарен вам, миледи Глэдис. — вежливо склонил голову. — За ваше искреннее участие в моей судьбе. Вы тот добрый маяк, что спасает изнеможенных путников. Поток света в тёмном царстве. Верю, ваше имя сочтут счастьем носить библиотеки, благотворительные организации и даже города.
— Довольно. — прервала меня Глэди. — Твои комплименты больше на тосты смахивают. Ты к бутылке рома, заныканной дедом дома, часом не прикладываешься втихаря?
Она шутила и это был хороший знак. За следующие двадцать минут, под сытный обед, мы обсудили насколько высоко возрастают боевые качества британских моряков после «чарки Нельсона».
Не понимаю отчего современные школьники жалуются на уроки. У меня они по часу идут, могут колпак тупицы напялить или пребольно всечь линейкой. Наши сопляки на уроках в видосики на телефонах залипают, от физических наказаний освобождены, еще и недовольны чем-то. Мистера Джонса на вас нет, слабаки!
Основания быть собой довольным у меня были. На истории я вежливо придвинул учительское кресло нашему гному-старичку мистеру Парри Хагарту, как только тот вошел в класс. Он проверил сначала сиденье, заподозрив неладное. Взглянул недоверчиво в мою честную физиономию — я был воплощением номинации «лучший школьник Великобритании». На уроке преданно смотрел в глаза, вытягивая руку. Очень скоро он сдался и спросил меня о первопричинах недавнего конфликта у «островов раздора». Том самом, где маг Водорезов похоронил половину британской эскадры.
— Русский монарх Константин Третий создал марионеточное правительство Греции и принудил его подписать акт передачи островов под свои базы. — начал бодро я.