— Эйвер Дашер. — вмешалась в наши перешептывания Диана Мэлкрафт. — Возможно не стоит так горячиться, а поручить расследование профессионалам, обратиться к правосудию? Кулаками ничего не построить.
— Это худший вариант, к которому следует подготовиться. — вежливо ответил ей. — Делом занимаются, но деталей раскрыть не могу. Уверяю, Диана, мне не нужны проблемы. Только создавать их мне, я никому не позволю.
— Проблем он не хочет, что насчет мисс Кулстоун, сам посмотри. — тыкнула она в меня очевидным фактом. — Если она в запой уйдет, литературу ты вести будешь?
Мисс Кулстоун подперев щеку ладонью, бездумно листала какой-то журнал, вытащенный из сумочки. На урок ей было абсолютно всё равно. Мыслями она была в каком-то знойном сериале. Главной героиней. Выходит, снова мой косяк, не сориентировался в обстановке.
— Ну что теперь делать? — покаялся я. — Встать и сказать: «Ты жирная, литра отстой, мы с тобой из жалости»? Будет только хуже. Само пройдет, подождем немного.
Улыбка чуть тронула её губы, смягчив богиню охоту. Она опустила свой лук, нацеленный на меня.
— Придумай что-нибудь. У тебя пять минут, чтобы привести учительницу в чувство.
Диана вообще красава — «придумай». Здесь нужен годовой абонемент на фитнес, пару пластических хирургов и психотерапевт. С тоской перебрав все нереальные варианты, я остановился на бумажном хобби своей дочери из прошлой жизни.
Хобби из младших классов. Оригами. Дочка у меня японским искусством складывания бумажных фигурок увлекалась, заодно простейшему журавлю научила.
Приняв решение, я вырвал из своей тетрадки листок бумаги.
— Мне нужен твой цветной карандаш, желательно красного цвета, но можно и желтого. — воззвал к Диане шепотом.
Музыки или катания на пони в Бромптоне нет, но у девочек есть рисование.
Она удивилась, но выдала мне красный карандаш, которым я щедро закрасил с обеих сторон лист. Быстро начал складывать по памяти лист диагоналями. Управился за пять минут. Журавлик получился задорным, ручкой поставил черные кляксы-глаза, подул на чернила и понес впечатлять училку.
Люди во все времена одинаковы. Поскучнее зациклены на миллионах евро. Личности с воображением хотят личного счастья, самореализации и уважения.
— Мисс Кулстоун. — горячим опасливым шепотом человека, пробирающегося к выходу из кинозала во время кульминации фильма, обратился к ней. — Это вам!
Она вынырнула из своих грёз обнимашек с лордом Байроном, и с некоторым недоумением опустила свой взор на меня. На раскрытой странице журнала перед ней, была видна прогуливающаяся дама с цветами, зонтиком её укрывал от солнца благолепный господин, наклоняющий с неясными целями поближе. Осознание картинки вверх тормашками секунды две проникало в мой мозг, пока учительница, опомнившись, резко не захлопнула его, слегка покраснев.