Принц презрительно усмехнулся:
— Не думаю — знаю. Хотите принести в жертву.
— Да. — Жрец кивнул. — Но мы могли бы тебя и просто убить — меньше было бы возни!
— Послали бы своего знаменитого дубинщика?
Куэкатльшочинко вскинул глаза:
— Ты и это знаешь? Ну-ну…
— Знания этого предателя, увы, теперь пригодятся только богам! — ехидно посмеиваясь, поддакнул Кальтенбруннер.
— Да-да, — хмыкнул служитель Тескатлипоки. — Ты будешь умирать долго, в страшных мучениях… и знаешь почему? Из-за этих твоих гнусных бумаг, воззваний, которые сейчас не повторяет разве что ленивый!
Манифест!
Куатемок опустил голову, скрывая радость, да, принц сейчас радовался: как здорово он придумал с Манифестом! Вот она — сила печатного слова… точнее, рукописного… еще точнее, не «слова» а пиктограммы, рисунка… Впрочем, Манифест уже передавался и из уст в уста!
— Ты приобрел большое влияние, Куатемок, — с ненавистью произнес Куэкатльшочинко. — Ты стал нам опасен… всегда был опасен, но сейчас — тем более. Если бы не твое сильно возросшее влияние, мы бы тебя просто убили… да — дубинщик! Быстро, почти безболезненно… и незаметно для тебя, ха-ха-ха! Но… народ верит тебе… и твоим дурацким идеям… Однако не радуйся! Очень скоро он перестанет верить!
— Да-да! — снова поддержал Кальтенбруннер. — Как можно верить продавшемуся белым подонку? Гнусному отщепенцу, предавшему своих богов?
— Ты слова-то выбирай, чучело! — Куатемок ухмыльнулся прямо в лицо похожему на фашиста жрецу. — Что глаза выкатил? Боишься? Так подойди ко мне — еще не то услышишь!
— Мхх!!! — оскорбленный Кальтенбруннер, вскочив, бросился на обидчика с кулаками…
По знаку хмурого служителя Тескатлипоки воины едва оттащили его.
— Успокойся, успокойся, славный Кецалькуэшликатль. Ты ведь не хочешь убить его раньше времени?
— Ишь гад ползучий. — Куатемок сплюнул кровь. — Что ж ты не придешь ко мне один на один? Боишься?
— Сегодня… — брызгая слюной и ругаясь, пыхтел жрец. — Сегодня же я приду лично пытать тебя, подлая тварь! Надеюсь, почтеннейший Куэкатльшочинко не будет возражать против этого…
— Не буду. Только прошу тебя — не увлекайся!
— О, нет… Я вовсе не собираюсь лишить вас забавы!
Куатемок и не думал, что это окажется настолько легко! Что солидный, умудренный годами и опытом жрец вдруг поведет себя как мальчишка. Надо же, оскорбился! Повелся на «слабо», чучело! Вот и славно, уж теперь, как говорится, «куй железо, не отходя от кассы».
Кальтенбруннер, как оказалось, и вовсе не имел терпения — не прошло и получаса, как он явился в окружении все тех же четырех стражей и слуг, тащивших специальные козлы для битья кнутом.