…Дар, обещанный ему Серой Госпожой. Неужели вот это вот все и было тем самым даром?..

И, словно в божественном откровении, Арон вдруг увидел свое будущее — широкую прямую дорогу, ведущую вверх, вверх, вверх…

Увидел все новые и новые жертвоприношения, и свою Силу, растущую без преград.

Увидел себя, с легкостью убивающего Аларика Неркаса, убивающего тех Светлых и Темных магов, которые посмеют не склониться перед ним.

Увидел тысячи, десятки, сотни тысяч людей, принесенных им в жертву. Сперва преступников, а потом, когда ему станет все равно — и обычных людей.

Увидел империю Террун, а потом и весь мир, лежащими у своих ног.

Увидел себя воплощением Смерти, как была ею Вассара…

Вот только, если Арон пойдет этой дорогой, не он будет владеть Даром, а Дар будет владеть им. Будет диктовать ему, управлять им.

Даже сейчас, после только что проведенного жертвоприношения, Арон слышал слабый голос той части своей магии, которая принадлежала Мертвому Искусству: «Еще. Еще жертв. Больше жертв. Больше, больше жертв…»

Он почти не кормил эту часть своего Дара три года, а сейчас устроил для нее пир. Только вот эта часть оказалась ненасытна.

Да, эта широкая прямая дорога могла привести его к истинному — а не фальшивому — могуществу, могла дать ему великую власть. Но цена за это немногим отличалась от смерти, потому что — и Арон ощущал это с абсолютной уверенностью — потому что он перестанет быть собой. Останется лишь разумным, говорящим придатком к своей Силе. И вся его последующая жизнь будет посвящена тому, чтобы кормить жертвами этот Мертвый Дар.

Вассара… Ощущала ли она при каждом жертвоприношении такую же фальшивую радость, такое же фальшивое ощущение всемогущества? Был ли ее Дар таким же ненасытным? Пытался ли ее Дар согнуть ее волю так же, как Дар Арона пытался согнуть его? Поняла ли она, куда это ведет? И если да, пыталась ли бороться, пыталась ли остаться собой или же приняла такое будущее с распростертыми объятиями?

— Ар… Господин Тонгил, с вами все в порядке? — Арон моргнул, вынырнув из мыслей. Рядом стоял Торис, один из его Волков, и озадаченно смотрел на него. — Вы давно уже тут сидите.

— Я… — собственный голос показался чужим, непривычно хриплым. Арон прочистил горло и начал снова, — я переел Силы. Ее оказалось слишком много.

Торис нахмурился, явно пытаясь осознать, как можно есть Силу.

— Будут какие-нибудь приказания, А… господин Тонгил?

Приказания… Приказания… Арон ведь думал о чем-то…

— Обыщите деревню. Заберите все ценное. Выпустите всю живность на волю. Если найдете людей — приведите ко мне. Целыми!