— Наверное, я ошибся, — присел на своё место, — позволь дать совет. Даже у стен есть уши, не верь никому. Хурре окрепли, расширили свои земли, контролируют всю торговлю.

— Это хорошо, — кивнул Шутарна, не уловив сути разговора.

— Ты стал слишком опасен для многих, в первую очередь для хаттов и фуралов.

— Но фуралы мои союзники, моя дочь…

— Знаю, сам её отвозил. Но став сильнее, ты стал угрозой даже для праителя фуралов. Ваши предки уже однажды завоёвывали их земли, дойдя до могучей реки Аман Даву. А вдруг ты захочешь повторить это? Пусть у Аменхотепа больше воинов, но он знает, что хурре сильнее. Думаешь, он не захочет убить тебя, если ему будет угрожать опасность?

— Я убил бы Супилулиума, но не могу — мы заключили мир, прошло всего больше года. — Шутарна, похоже понял мою мысль.

— Он тоже с удовольствием бы тебя убил, — продолжал давить на хуррита, — поэтому нельзя громко говорить о своих планах. Услышат такое эсоры, все сделают, чтобы нарушить мир между тобой и Супилулиумом.

— Они не смогут! — уверенно заявил хуррит, откидываясь на подушки.

— Допустим, часть эсоров переоденется воинами хурре и нападут на селение хаттов. Или переоденутся хаттами и нападут на селение хурре. Что будет?

— Месть, — не задумываясь ответил Шутарна, даже привстав с подушек. До него дошло, он молчал целую минуту, прежде чем горестно проронил:

— Как жаль, что ты не родился хурре. Какой великий правитель получился бы из тебя!

Перед уходом ещё раз напомнил Шутарне, чтобы не распространялся о своих планах насчёт хурре. После ряда поражений в войне с хурритами, очень много ассирийской знати нашло место в Вешикоане, пользуясь покровительством жены правителя. И пусть хурриты всегда были плохого мнения об эсорах как о воинах, но я лично сталкивался с ними в бою. Они не были так упёрты как хурриты, но воевать умели, как и все народы в этих землях.

Обрадовав Аду, что в ближайшее время нам не грозит необходимость срываться с насиженного места, поспешил в Харран, куда успел отправить рабочих. Помня золотое правило, что голодный рабочий думает лишь о еде, распорядился хорошо кормить пленных эсоров. Результат сказался быстро: видя человеческое отношение, пленники старались, а не халтурили. Между охраной и эсорами установились нормальные отношения: я запрещал применять физические наказания. Тех, кто отлынивал от работы, возвращал Шутарне. После первых таких возвратов, эсоры быстро смекнули, что работать и нормально питаться выгоднее, чем подыхать от голода в зиндане правителя Митахни.

Две недели прошли в упорном труде: каменщики-фуралы закончили западную стену и принялись за южную. Харран своими размерами втрое уступал Нарришу, но для моей семьи, друзей и моего отряда места должно было хватить, чтобы выдержать длительную осаду. Я помнил, что в Наррише нас напрягал малый запас воды и продуктов питания. Сразу после окончания возведения стен, планировал выкопать глубокий погреб, уходящий на многие метры вниз. Там в прохладе продукты могут храниться достаточно долго.