— Одного для тебя, второго для себя, — констатировал Шутарна, когда малышей вынесли перед забоем жертвенных животных.

Кузнец закончил заказ через неделю, а спустя ещё неделю Шутарна пригласил меня к себе.

— Завтра седьмой день нового месяца, свадебный караван готов отправиться в путь. Я дам тебе тридцать лучших своих всадников. Возьми ещё столько, сколько посчитаешь нужным, чтобы моя дочь безопасно доехала до будущего мужа.

— Я возьму двадцать конных лучников и двадцать всадников из своего спецназа.

Правитель кивнул:

— Ты и Этаби решаете, сколько воинов вам хватит. Завтра с рассветом, выходите в путь, и да благословит нас всех Тешуб.

— И укроет нас от невзгод и ударов в спину, — докончил за правителя молитву хурритов.

Я хотел взять с собой Ахбухча и Берди, но одного из них стоило оставить в Вешикоане, поручив охрану Ады с сыновьями. Выбор пал на Берди: выслушав меня, парень приложил руку к сердцу:

— Ни одна пылинка из просторов хурре не упадёт на головы твоей женщины и детей.

Я не сомневался, что Берди выполнит свою работу. Его и Ахбухча к недовольству многих хурриттов, я возвысил из простых пастухов. Ребята отвечали безусловной преданностью и готовностью умереть за меня. В отсутствие Этаби и Шулима Берди становился командиром оставшегося в Вещикоане остатка отряда специального назначения. Своё временное повышение парень встретил спокойно, воины также спокойно отнеслись к таким перестановкам.

В последнюю ночь дома организовал посиделки для своих. Этаби с женой Тахарис, Саленко с молодой сангаркой Иримой, ставшей его женой благодаря выкупу, уплаченному мной его отцу, я и Ада. Не хватало Элсы, мне всё чаще казалось, что я поступил опрометчиво, позволив меону идти через земли хеттов.

— Виктор, мы с Этаби будем отсутствовать примерно месяц. Я предупредил Берди, что твои указания нужно выполнять. Ты остаёшься за главного в доме: следи за порядком, контролируй охрану через Берди, в общем, будь хозяином. Я на тебя полагаюсь и доверяю тебе самое важное в моей жизни.

— Арт, не беспокойся, я ценю, что ты для меня сделал и не пожалею жизни, чтобы защитить твою семью, — Саленко прижал к себе Ириму. Сангарка, не привыкшая к таким проявлениям чувств, покраснела.

— И ещё одно, — прекратив есть, все уставились на меня, — раз мы теперь семья, считаю, что надо всем знать русский язык. Кто знает, что нас ожидает в этой жизни, а со знанием русского, мы всегда сможем общаться так, что другие нас не поймут. Ваша задача, — я перевёл взгляд с археолога на жену, — начать обучение языку Тахарис и Иримы. Я же буду учить Этаби. Хватит нам говорить на чудовищной смеси хетто-хурритского.