«Всего семь, пятерых уделал!» — с гордостью подумал Мушкила, — «Славная охота! Добить до семи?»

Мушкила повернул голову на Санчу, как бы предлагая слезть и посмотреть работу «истинного кабальо» со стороны, но Санча… Дальше произошло то, отчего Мушкила сразу вспомнил, почему называл двуногих волками.

Санча слетела с коня, хлопнув его по шее, выдала: «Моя очередь, Ваша милость!»

И спрыгнула с выступа. Волки с рыком кинулись на неё, но Санча уже в прыжке взмахнув рукой, отправила в них свой эсклавин, который накрыл морды волков, а дальше Санча, как заправский копейщик стала быстро-быстро «шить» своим дамским кинжалом, стараясь достать обоих зверюг. Один всё же вырвался из-под плаща и с повизгиванием метнулся прочь. Санча обернулась к коню и победно сверкнула зубами.

Санча смотрела на окровавленный труп волка и прислушивалась к себе, к своим ощущениям. Такого поступка она сама от себя не ожидала. Что-то «хрустнуло» в ней, словно проклюнулось. Скорлупа? Она помнила ощущение, когда клинок входил в плоть зверя, и ей не было противно или страшно. Она чувствовала не радость, но удовлетворение. Как она устала бегать и бояться! Страх, поселившийся в её душе с момента нападения разбойников на караван, сменила злость.

Санча деловито осмотрела изгвазданный в крови волков и продырявленный кинжалом плащ. Опустила его в ручей, придавив парой камней. Пусть текущая вода промоет кровь.

Санча расшнуровала рукава лобы, сняла пояс, сняла лобу, закатала рукава шенза и подоткнула подол повыше, оголяя ноги до бёдер. Скинула башмаки и деловито потащила тушку волка в ручей, где и принялась за разделку. Своего «кабальо» Санча больше не стеснялась, хотя мысль о бесстыдстве её посетила. Санча изменилась. Дело к этому шло, но сейчас произошёл качественный скачок — куколка раскрылась и вылезла бабочка. Пока ещё облезлая, слабая, но это хищная бабочка!

Разделкой Санча занялась ради шкур, объяснив крутящемуся вокруг Мушкиле необходимость иметь для обмена с местными чего-нибудь менее ценное, чем серебряный дирхем. Тем более что за серебро могут просто ограбить и убить. Слава про горцев ходила та ещё.

Разделка Мушкилу очень заинтересовала. Когда ещё посмотришь вблизи за повадками хищников не в качестве основного блюда. Он даже придерживал тушу копытом, когда Санча стала сдирать шкуру. Конечно, для этого тушу подвешивают, но верёвки не было, и Санче не хотелось испачкать в крови шенз, потому и проделывала всё в воде ручья.

Графская дочка не белоручка, знатная дама должна уметь рукодельничать, причём на очень достойном уровне, но, естественно, разделывать туши Санче не приходилось. Однако её «образование» включало «теоретическое» и наглядное знание всех «технологий», применяющихся в хозяйстве графства. То есть Санча знала, как снять шкуру, просто делала такое самолично в первый раз.