Пробуждение Санчи было ранним, с первыми лучами солнца. Девушка немного замёрзла. Каменная плита больше не давала приятного тепла, остыла за ночь, и под утро тянула тепло сквозь попону обратно. Сушняка у благородных дам, как известно, не бывает, но жажда мучила неимоверно. Наконец, главная причина, не дававшая далее спать — настойчиво сигнализировал гидробудильник, взведённый с вечера щедрой порцией вина.
У Санчи обнаружились те же затруднения, что и у Мушкилы накануне. Она стеснялась в присутствии коня, поэтому пошла тем же путём — вниз по ручью.
Благородный жеребец, как истинный идальго, не подглядывал, хотя и проснулся с подъёмом Санчи. Ему было незачем, он и так всё прекрасно слышал, кто и чем занимается в округе. Шум ручья ему при этом не мешал.
Вернувшись, девушка утолила жажду холодной водой из ручья и взялась за графские обязанности. Собирать подати оказалось невозможно, подданных поблизости не наблюдалось. Значит, оставалось только кормить дружину в лице жеребца Негро. Остаток хлеба Санча выделила коню. Разложив угощение на своём плаще, она поинтересовалась:
— Полагаю, нам следует вернуться в Перпиньян?
Жеребец отрицательно помотал головой.
— Ваша милость, после утраты всего, что у нас было с собой, продолжать держать путь в Нарбуно… нежелательно, — как правильно ходить в гости юная графиня понимала. Без нарядов, казны и охраны её встретят совсем иначе, чем следовало бы.
Жеребец утвердительно прукнул. Такой ответ Санче тоже был понятен.
— Не понимаю Вас. Что же тогда мы будем делать? — нахмурилась девушка.
Вместо ответа жеребец направился к выходу из их укромного убежища. Растерявшаяся Санча двинулась было за ним, но Негро развернулся и мягко подтолкнул девушку головой в сторону её лежанки.
— Вы хотите, чтобы я осталась здесь? — догадалась Санча. — Как долго? Когда Вы вернётесь?
Санча уже нащупала способ общения с конём и стала перебирать варианты ответов за него:
— К полудню?… Нет. К вечеру?… Да. Поняла. Вы намерены спрятаться и пересидеть, пока нас ищут по округе?
Жеребец утвердительно прукнул и ушёл. На разведку. Санча осталась наедине со своими мыслями. Не сошла ли она с ума после вчерашнего, во всём полагаясь на жеребца и ведя с ним разговоры, как с разумным человеком?
Мушкила, избавившись от обузы в лице Санчи, занялся активной разведкой. Первым делом он проверил все тропы, ведущие обратно к Перпиньяну. Как ожидалось, посты были везде. Мушкиле не было нужды прятаться. Большой опасности для него двуногие не представляли. Их посты были рассчитаны на двуногих, а жеребцу беспокойство могли доставить, только если захотят прибрать бесхозное животное. Мушкила близко не подойдёт, а рассёдланного коня и без поклажи попробуй догони. Раза три догнать его всё же пытались и однажды смогли зажать с двух сторон. На свою беду. Что там случилось со всадником, упавшим вместе с лошадью в овраг, Мушкила выяснять не стал — спешил унести ноги.