«Надо же! На полклинка вошло!» — мысленно оценила успех Санча.

«Ну, где-то на треть», — согласился с эффективностью удара Мушкила, которого не только удивила быстрота, но и сам нанесённый удар застал врасплох.

Санча со вздохом присела у деревца и стала расшатывать клинок за рукоять, чтобы высвободить застрявшее лезвие. Высвободив погрузившийся в древесину на четверть клинка кинжал, Санча придирчиво осмотрела лезвие. Толедская сталь не подвела, никакого ущерба клинок не понёс.

Выплеснув злость в удар, Санча уселась обратно на седло и приуныла.

— А мне нравилось в Праде, Ваша милость. Город, конечно, небогатый, и дом у виконта бедненький, но за год я бы навела там порядок, — и тут же без перехода заявила, — Нам нужна охрана, Ваша милость, иначе мы устанем убегать от желающих ограбить или жениться на мне.

Мушкила прукнул, понимая, что бесконечно везти ему тоже не может.

В процессе поиска пропитания путники чуть сами не стали едой. Мушкила не то чтобы расслабился, но его внимание было занято выявлением двуногих хищников. Поэтому бросок волка из ближайших зарослей оказался для него совершенно неожиданным.

Андалузские волки — это что-то! В два, а то и три раза крупнее африканских. Одна радость, что и волчьи стаи, наоборот, поменьше. Мушкила уже сталкивался с ними прошедшей зимой. Голод и здоровенные волки заставили его прибиться обратно к людям. Местному волку в одиночку всё равно не совладать с крупным конём, а с боевым подавно. Слаженная стая из четырёх-пяти хищников уже представляла серьезную угрозу, если их челюсти такие же крепкие, как у африканских волков. Напавший волк и не пытался загрызть Мушкилу, его задача была напугать и погнать коня в западню. Только вот Мушкила не пугливый жеребёнок, поэтому встретил бросившегося волка точным ударом копыта, разве что несильным из-за неожиданности и необходимости реагировать быстро. В результате набегавший с рыком комок шерсти отлетел уже с повизгиванием, которое перекрыл запоздалый короткий взвизг испуганой Санчи.

Мушкила остановился оценить обстановку. Он знал, что волки в одиночку не охотятся. В затылок воинственно сопела Санча, выхватившая свой дамский кинжал и теперь страстно желавшая отомстить за свой испуг. Загонщик оказался один. Оправившись от шока первого отпора, он рычал и прихрамывал, но попытался снова напугать коня. Мушкила сделал демонстративный шаг в его сторону, показывая, что не считает волка страшным противником. Но при этом Мушкила озирался по сторонам. План охоты ему стал понятен довольно быстро. Мушкила двигался по косогору, а его путь поперёк пересекала слегка натоптанная местными травоядными тропа, которая, пропетляв между нагромождения камней, вела ниже к распадку. Внизу чувствовалась влага ручья, и Мушкила сам намеревался пойти этой дорогой, но теперь выбрал путь дальше прямо. И оказался прав, из-за камней показались остальные хищники стаи, устремившиеся к коню. Засада сорвалась, но добыча же близка — один рывок.