Волки, должно быть, не гнушались падалью, поскольку мясо их пахло отвратительно. Опять же огонь развести было нечем, а Санча ещё не настолько оголодала, чтобы есть сырое мясо. Особенно такое.
Изрядно повозившись, Санча сняла шкуру с трёх туш. На другом склоне за её действиями внимательно следили, иногда потявкивая, трое калек. Закончив работу, Санча выпрямилась и оценивающе поглядела в их сторону. Словно прочитав её мысли, волки решили унести свою «волчью наличность» подальше и скрылись из виду. Очевидно, ненадолго. При виде разделанных туш они явно возбудились.
Свернув снятые шкуры и увязав лапы в узлы, Санча навесила их на недовольного Мушкилу. Не дожидаясь просушки одежды, двинулись в путь.
— Ваша милость, нам нужно найти деревню васков (45), — поставила задачу Санча. — Купец Кристулфо рассказывал, что васки сущие разбойники, но закон гостеприимства чтут ревностно. Если путник придёт к ним домой, то ему ничего не грозит, пока не уйдёт. Это действенно и в дороге, если назвать уважаемого васка, к которому идёшь в гости, тогда тоже мало кто решится напасть на чужого гостя. Но мы не купцы, и я никого не знаю, на эускара (46) знаю только «кайшо» и «бетебеэйрра», потому лучше сразу заявиться на порог.
На исходе дня окружающие их горы немного раздвинулись, давая место небольшой долине с явными признаками обжитости. То тут, то там виднелись делянки обработанных полей, яблоневые сады и пастбища.
— Мда, придётся на ночлег оставаться, — пришла к выводу Санча, оценив высоту солнца. Ночлег с незнакомыми людьми закономерно вызывал опасения. Мушкила замотал головой.
— Мне тоже не хочется. А волки?
Конь фыркнул и выпятил нижнюю губу. Девушка захихикала. Волков эта пара больше не боялась. Зря, конечно.
Санча вернула серьёзность:
— Подумайте, Ваша милость, что будет, если местные найдут нас здесь в долине или поблизости от своих жилищ? Прячущихся? Вот то-то и оно! Лучше уж не скрываясь пройти прямо. У басков совсем другое отношение к женщинам (47)… Откуда взяла? Тот же Кристулфо рассказывал. Да и все знают, у горных басков земля по старшинству наследуется, неважно старший сын будет или дочь.
Санча спустилась с коня, осмотрела его внимательно. Убрала зацепившиеся колючки, прочий мусор. Затем перешнуровала свою лобу, заново уложила волосы под тиару, осмотрела башмаки, вздохнула и решила, что сойдёт. Уселась снова в седло, перевесила волчьи шкуры напоказ и расправила подол лобы на спине коня, а подол шенза так, чтобы закрывал ноги до стремян. Накинула синий расшитый эсклавин так, чтобы красиво спадал с плеч, и падал на круп коня. Изобразив горделивую посадку, сообщила: