Я направил камеру телефона на рисунок.
— Терем, что ли? Прикольно! Хороший ты себе теремок отгрохаешь за наш счёт.
— Я вас умоляю, Сигизмунд Гершевич.
— Ой, не умоляйте, Микаэль Николаус. Мы будем подумать.
Они думали до утра и утром прислали готовый проект и «рыбу» договора аренды.
— Хрена себе у них аппетиты! — отреагировал я на смету расходов.
Просидев над договором и проектом до полуночи, и, наконец-то, закинув всё наработанное на почту шефу, попив чайку, я вырубился около часа ночи. Хорошо, с одной стороны, когда разница во времени семь часов, а с другой стороны, через три часа раздался телефонный звонок.
— Ты меня снова удивляешь, Михаил, — напряжённо проговорил шеф.
— Что случилось? У меня ночь, — простонал я.
— Привыкай. У тебя ненормированный рабочий день и соответствующая зарплата.
— Согласен, — сказал я. — За такую зарплату готов и «побдить» ночью, но предупреждаю, что буду спать днём. Так и что случилось?
— Твой договор и проект принят советом директоров единогласно. Ты где научился, и главное — когда, составлять такие документы и главное проекты? Ты ведь у нас кто?
— Кто? — испугался я.
— Ты у нас обычный логист, не блиставший ранее, кстати, умом и идеями, если честно. Ты уж извини, но, сколько тебя за это драли на совещаниях? За безынициативность.
Я вспомнил и недовольно скривился. Много и часто.
— Командор, но сейчас-то, что не так? — Зевая, спросил я, мысленно благодаря Дом за подсказки, лёгшие в основу проекта.
— Всё так, но… Договор я привезу лично. Отбой.
— Отбой, — сквозь зевоту простонал я, и утонул в шёлковых подушках, проваливаясь в сон.
Два дня до приезда шефа мы с Домом развлекались, перестраивая второй этаж изнутри. Мне не нравилась лестница, ведущая на второй этаж, и, в конце концов, мы с домом остановились на «выдвижно-раскладной». Но для этого пришлось подключить «дом» к интернету в буквальном смысле. А ещё научить его пользоваться роутером и показать принцип работы браузеров и интернет-поисковиков.
Ещё я сходил к соседям и письменно уведомил их о том, что мой дом увеличится на несколько этажей вверх и перекроет им имеющиеся у них окна.
Слева от меня стояло девятиэтажное стеклянное офисное здание, а справа непонятный шестиэтажный куб, на первом этаже которого размещались магазинчики, а на верхних, похоже, кто-то жил. Этот домик был построен года четыре назад самовольно на «моей» земле.
По поддельному договору купли продажи земли, который, якобы подписал я, большая часть участка перешла некоему лицу «Л», от него по суду, на котором якобы присутствовал и я, другому лицу, а от него третьему по купчей, и в итоге коммерсанту по фамилии Шварцман.