Лечение длилось около четверти часа. У меня аж рука затекла держать тот шнурок, на котором висел амулет, и при этом почти не двигаться. А двигаться мне запретила Ирсайя, сказав, что иначе, если я стану дёргаться, придётся начинать всё сначала. Ну, я и не дёргался. Прямо как в кабинете у стоматолога: «Не закрывайте рот, или снова буду сверлить». Тяжко, конечно, но результат того стоил.

— Всё. Убираем, — выдохнула, наконец, властительница Ларанты. — Аккуратно и медленно, чтобы привязки не сбились.

Про привязки — это она совершенно правильно. Синхронизация двух временных потоков от двух амулетов требовалась идеальная. Чтобы не получилось как у меня, с барьером из полсекунды, в драке с мольфаром. Чуть было не проиграли из-за такой ерунды, так что сейчас нам, действительно, лучше заранее перебдеть, чем потом локти кусать, превозмогая свои же ошибки…

К великому счастью, ни превозмогать, ни кусать не потребовалось. Потоки сошлись идеально.

Сидящая на кровати Алина судорожно вздохнула и открыла глаза.

— Котик, — пробормотала она через пару ударов сердца, уставившись на поднявшего голову тхаа.

«У-р-р-р», — проурчал Малыш, подставляя загривок.

Ни одна женщина, я уверен, не устояла бы от искушения почесать ему за ушами. Не устояла от подобного искушения и Алина. Как мы и предполагали, природной магии тхаа хватило с лихвой. Всего только десять секунд такой «терапии», и пациентка пришла в себя полностью, восстановившись не только физически, но и ментально.

— Дим! Сколько? — требовательно посмотрела она в мою сторону, продолжая машинально почёсывать довольного Малыша.

— Почти пятьдесят шесть суток, — развёл я руками.

— Офигеть! — округлила глаза Алина.

Я усмехнулся:

— Бывает. Это, кстати, Малыш.

Девушка посмотрела на наслаждающегося жизнью тигрокота:

— Он классный! У нас дома такой же был, только меньше… Раз в двадцать.

Тхаа презрительно фыркнул и легонько мотнул головой: мол, продолжай, давай, не останавливайся. Могу ошибиться, но похоже, что для него это тоже была «терапия», восстанавливающая потраченную маг-энергию.

Алина бросила на меня вопросительный взгляд и покосилась на сидящую справа женщину.

— Алина, великая пэри Тилланда. Ирсайя, королева Ларанты.

Дамы церемонно поклонились друг другу, а затем дружно повернули головы в мою сторону.

— Алин, королева Ирсайя знает, кто мы такие, и готова помочь.

— Вместо этого подлеца Пирапалуса? — уточнила «великая пэри». — Вы его, кстати, прикончили?

— Прикончили, девочка. Окончательно и бесповоротно, — улыбнулась Ирсайя.

Девушка вновь развернулась: