— Ты изменилась, — и без того не слишком разговорчивый супруг говорил еще более сухо, словно каждое слово стоило денег. А Радке не хотелось показывать свой интерес, и просить объяснений. К счастью, останавливаться на этом Мейнгрим не стал. — Я отвечаю за тебя, так или иначе. И эти изменения могут означать что-то важное. Кто знает, может, тебя прокляли.
— Прокляли? — переспросила Радка, чувствуя, как на загривке встают дыбом мельчайшие волоски. Только этого ей и не хватало!
— Не думаю, что это так, — нехотя успокоил её муж. — Но я должен проверить.
— Проверь, пожалуйста, — Радка доверчиво протянула руки. Из книг она уже знала, что именно по рукам можно определить проклятие. Жаль, там не было написано, как именно.
Мейнгрим осторожно, но крепко взял её ладони в свои и наклонился, вглядываясь в линии жизни. Тепло его руки и холод металлической перчатки передавались Радке, одновременно успокаивая и обнадеживая. Даже странно, что она подозревала супруга в каких-то безумных вещах вроде проклятия его же сестры. Он был надежным человеком и сильным магиком. Именно то, что было нужно ей, и если что и внушало беспокойство, так то, как легко она это получила.
— Нет, — не подозревающий о мечущихся в голове Радки мыслях муж нехотя отпустил её руки. — Ничего похожего на проклятие. Возможно, ты изменилась сама по себе.
— Или ты меня изменил, — выдохнула Радка прежде, чем успела подумать.
Мейнгрим замер и поднял голову, встречаясь с ней взглядом. И Радослава первая отвела глаза. К тому признанию, что крылось за этими неловкими словами, она не была готова. Но она привязалась к мужу, и нужно быть слепым, чтобы не заметить этого. Вряд ли Мейнгрим был именно таким.
Но отвечать на её нечаянно вырвавшиеся слова или переспрашивать Мейнгрим не стал.
— Если почувствуешь себя как-то иначе, скажи обязательно, — хрипло произнес он наконец и вышел из библиотеки.
Снова поговорить с ним Радке удалось только в день приема.
— Я понимаю, что для тебя это непросто, но постарайся не лезть на рожон, — в этот раз они не брали Седого и шли пешком, благо до центра города, где укрывалось поместье Берхтов, было совсем недалеко.
Радка наслаждалась чуть морозным воздухом и едва заметной изморозью по краям дороги. Только это и напоминало о том, что прием был в честь дня перелома зимы. Кажется, она скучала по морозам и снегам, вот уж чего совсем не ожидала. Интересно, а если предложить Мейнгриму вдвоем прокатиться на Седом за пределы города, он согласится или нет? Скорее нет, он же потомственный магик и снег, наверное, видел только в книгах…