— И хотя бы кивай, чтобы я понимал, что ты меня слышишь, — Радка очнулась, по тону мужа сообразив, что тот злится. А сердить Мейнгрима перед приемом ей совсем не хотелось. Это же был праздник, разве нет?
— Прости, я задумалась, — как можно очаровательнее улыбнулась она. Мейнгрим отчетливо скрипнул зубами.
— Больше, чем твоя несносность, меня раздражают только твои попытки быть милой, — прошипел он и больно ухватил её под руку. — Хоть один раз не пытайся, а будь такой. Милой и тихой.
Радка промолчала, не найдясь, что сказать. А пока она придумывала достойный ответ, они пришли. Та же самая площадь, она была точно такой, как её запомнила Рада, и в то же время совсем другой. Девушке понадобилось несколько мгновений, чтобы понять, в чем дело. По краям площади воздух двигался словно живой, а могучее дерево, у которого они клялись с Мейнгримом, казалось подернутым дымкой. Воздух же будто вырывался из-под земли и рябил, заставляя подходящих ближе прохожих прищуриваться и присматриваться.
— Когда войдем, приложи браслет к любой стене и пожелай городу что-нибудь хорошее, — шепнул ей Мейнгрим, сильнее стискивая локоть пальцами. — Остатки твоей личной магии вольются в общий поток.
— Поняла, — шепнула в ответ Радка, благоразумно решив не тратить время на выяснение, почему об этом нельзя было предупредить дома.
Они вошли прямо в этот колеблющийся столп воздуха, и Радка почувствовала так, словно её обнимало мягкое пуховое одеяло. Как же она соскучилась по ним! В домах магиков никогда не было достаточно холодно, чтобы кутаться в такие.
Рада уже собиралась спросить мужа, где те самые стены, к которым можно прикоснуться браслетом, как они оба вдруг провалились под казавшуюся такой крепкой и надежной брусчатку площади.
В каменном мешке, куда они угодили оба, было на удивление светло и сухо. Оглянувшись на мужа, Радка обнаружила, что он стоит, приложив свою перчатку к камню. Она последовала его примеру и прижала браслет к стене.
«Нужно что-то пожелать городу», — вспомнила она и прикрыла глаза. Что она хотела для приютившего её города, ставшего новым домом? Если бы ему грозили войны, она бы пожелала ему устоять, но город мог измениться под влиянием чужаков изнутри, и все чаяния боевого магика, которые можно было разгадать по его лицу, были ничтожны.
«Пусть город будет вечно таким, каким его создали магики яблоневого королевства», — пожелала Радка и запоздало испугалась своего желания. Конечно, никаких остатков магии не хватит, чтобы её пожелание сбылось, такой магии просто не существует. Но что, если бы всё-таки получилось? И любые попытки изменить город пусть даже к лучшему были бы обречены на провал? Да уж, за такой пожелание её не погладят по голове!