— Он сам вызвался меня сопровождать, — «вернула» сладкую улыбку Радка, мысленно пожелав, чтобы от неё у Розы склеились зубы. — Сами понимаете, мы совсем недавно поженились, и он меня безумно ревнует.
Сказала лишь бы сказать, и неожиданно поняла, что это правда. Мейнгрим ревнует её не только к Манфреду, но и к Венеку и к любому мужчине, который мог бы оказаться рядом. Что за напасть! Раньше Радка была уверена, что ревность идет бок о бок если не с любовью, то с интересом. Но, похоже, гордыня её супруга тоже не отказывалась от такой спутницы.
— И у него есть повод, верно? — разумеется, стоило понимать, что Ева не пропустит такого веселья, но Радка почему-то надеялась, что она хотя бы не начнет цепляться к ней при всех, да еще когда официально они были дважды родственницами. И пока сама Рада пребывала в растерянности, её злой язык принялся за дело.
— Какой уж там повод, — она игриво махнула рукой. — Вы же знаете этих мужчин. Если женщина всю ночь не дает уснуть, они опасаются оставлять её одну и днем. Все эти грозные мужчины сущие дети, когда речь идет об удовольствиях. Ну да вы знаете.
Судя по вытянувшимся на мгновение лицам Евы и Розы, они не знали. Впрочем, уже через секунду обе растянули губы в улыбках, так что кроме Рады никто ничего не успел заметить. Даже жаль.
Она едва не вздрогнула, почувствовав руку на своей талии. И только знакомый резкий травяной аромат, которым надушился Мейнгрим перед вылетом, дал ей понять, что это он. Судя по слегка поморщившимся дамам, не только сама Радка считала, что аромат слишком резкий и горький, но сейчас её это только порадовало.
— Всё хорошо, дорогая? — прошелестел Мейнгрим, обнимающий её, но взглядом пронзающий её собеседниц. Что же, похоже, не только она успела увидеть их потерявшими лицо.
— Всё чудесно, милый, — прощебетала Радка, даже не оглядываясь на мужа. Она и по обманчиво-мягкой с виду руке, сжимающей её талию так, что могли остаться синяки, понимала, что Мейнгрим в бешенстве. Ну надо же, а она ведь и без того настроилась поругаться, но предполагала, что виноватым останется муж. Опять не успела.
Чуть согнув мизинец, муж незаметно, но больно ткнул её ногтем. Радка вспомнила о том, что они договаривались о специальных знаках. И пусть ей казалось это перебором, но спорить с Мейнгримом не хотелось, так что теперь оставалось сообразить, что именно означал этот.
— Но я бы хотела немного прогуляться на воздухе, если наша хозяйка не против, — наконец произнесла она и, судя по тому, что Мейнгрим прекратил пытаться продырявить ей бок пальцем, она угадала с ответом.