Чугун смотрел. Его мутные глаза скользили по шеренгам, выхватывая знакомые лица. Вот Клим, который когда-то был его правой рукой, а теперь стоит во главе первого взвода. Вот Ёж, который сдал его без колебаний. Бойцы, которые ещё два месяца назад дрожали от одного его окрика, теперь смотрели с брезгливостью и отвращением, будто он и в самом деле просто куча говна.

Игорь почувствовал это. Тонкое, едва уловимое движение в душе сломленного главаря. Зависть и сожаление. Горькая, жгучая смесь из того, что осталось от прежнего Чугуна. Тот смотрел на свою бывшую армию и понимал: без него они стали сильнее. Его поражение пошло им на пользу. А ещё он думал о том, что зря начал перечить этому щёголю. Нужно было соглашаться на все условия. Тогда сейчас именно он стоял бы перед своим войском, командуя парадом.

— Вот и всё, — тихо произнёс Игорь, — ты мне больше не нужен.

Он унизительно, по-отечески, похлопал Говно по щеке. Тот даже не дёрнулся. Его глаза уже не выражали ничего: ни страха, ни надежды, ни мольбы о пощаде. Только пустоту и готовность принять всё, что пожелает хозяин.

Игорь взял его голову обеими руками и рванул.

Раздался влажный хруст позвонков, заглушённый треском разрываемых сухожилий. Голова отделилась от тела, и кровь фонтаном ударила из обрубка шеи, заливая асфальт. Тело постояло секунду, будто не понимая, что уже мертво, и мешком рухнуло на землю.

Армия даже не вздрогнула. Никто не отвёл взгляд. Бойцы смотрели прямо перед собой, и на их лицах не дрогнул ни один мускул.

Игорь удовлетворённо крякнул, поднял оторванную голову за волосы и одним движением вскрыл черепную коробку. Просто сжал пальцами височные кости, и они треснули, как яичная скорлупа. Запустил руку внутрь, зачерпнул пригоршню ещё тёплого мозга и отправил в рот. Прикрыл глаза, смакуя.

— Завтрак, — произнёс он, облизывая пальцы. — Квадрат, командуй погрузку. Выступаем немедленно.

— Есть! — Здоровяк развернулся к строю. — Вы слышали босса! По машинам! Живо, ублюдки, время не ждёт!

Двор взорвался движением. Бойцы, отобранные для похода, рассыпались по технике. Головной грузовик с турелью принял в кузов десяток автоматчиков. Шуко уже был там, обнимая пулемёт, как родную жену. Два БТРа загрузились десантом: по семь человек в каждом плюс экипаж. Три «Урала» с припасами выстроились следом — в кузовах, на лавках вдоль бортов, разместились по тридцать с лишним бойцов. Замыкали колонну три джипа с офицерами, пикап Марго и УАЗ с открытым верхом.

Марго уже сидела в кузове пикапа, закинув ноги на борт, и курила, пуская дым в серое небо. Гнида, свернувшись у её ног, дрожал от утренней прохлады. За рулём пикапа сидел вечно мрачный и сосредоточенный Ёж.