— С этим уже можно побеждать, — снова поправил его Кочетков.
— Именно. — Куратор кивнул. — И я предлагаю не засиживаться. Пока остальные проекты воюют друг с другом, у нас есть прекрасная возможность. Нижний Новгород ждёт.
— Нижний немного потерпит, — Игорь бросил взгляд на плац, где бойцы, матерясь, таскали ящики. — Сначала нужно обустроиться, разместить людей, провести инвентаризацию. Дать бойцам понять, что они теперь часть чего-то большего.
— Разумно, — согласился Куратор. — Но не затягивайте. Время — ресурс, который не восполняется.
— Я помню, — отрезал Игорь и направился к штабу. — Вечером соберём военный совет. А пока будьте добры: идите на хуй со своими нравоучениями.
Он поднялся на крышу, откуда открывался прекрасный вид. Внизу, во дворе, кипела работа. Ящики, мешки, бочки, — всё это перетекало из машин в здание тюрьмы. Бойцы, ещё вчера служившие Чугуну, теперь выполняли его приказы. Офицеры орали, раздавали пинки, наводили порядок. Рядом молчаливой тенью замер Долбоёб. Его взгляд был устремлён куда-то за горизонт.
Но Игорю было насрать на мертвяка. Он смотрел на своё войско и улыбался. Его план наконец-то сработал. Армия росла. Впереди ждали Нижний Новгород, Купец, Техник и стоп-код. А следом придёт очередь Господина и его бункера. Скоро весь мир склонится у его ног.
Скоро.
Солнце стояло высоко. Припекало щедро, по-августовски, но уже без июльского надрыва. Двор тюрьмы, ещё неделю назад залитый кровью и усеянный кишками, теперь напоминал военный плац. Грязь смыли, трупы закопали за периметром, оружие разложили по полкам в оружейной. Даже выбоины в асфальте, оставленные пулями, залили раствором. Но не ради красоты, а чтобы никто не споткнулся во время муштры.
Первые три дня ушли на обустройство. Бойцы, ещё недавно служившие Чугуну, осваивались в камерах, которые теперь превратились в казармы. Двухъярусные кровати, матрасы, подушки, — всё это перетащили со складов. Офицеры заняли отдельные камеры поменьше. Марго облюбовала комнату охраны с широкой кроватью и запирающейся дверью. Гнида ночевал на полу у порога, как верный пёс. Долбоёбу выделили подвал, но он там почти не появлялся, предпочитая проводить ночи на крыше, вглядываясь в пустоту. Игорь занял бывший кабинет начальника тюрьмы: просторное помещение с дубовым столом, картой на стене и решётками на окнах. Квадрат обосновался в оружейной: «Ближе к телу», — как он сам выразился.
На четвёртый день закончилась еда. Триста голодных рыл — это не шутка. Игорь вызвал Клима и Ежа, коротко обрисовал ситуацию и отправил их в ближайшую общину. Те вернулись через сутки с двумя грузовиками: крупа, консервы, мука, даже несколько бочек солений. Дань. Община, ещё недавно платившая Чугуну, теперь платила Кочеткову. Всё просто.