— Так точно! — грохнул строй в триста глоток. Эхо заметалось между стен тюрьмы, отразилось от вышек и унеслось в серое сентябрьское небо.

— Тогда готовьтесь, — бросил Игорь и развернулся к штабу. — Квадрат, начинай погрузку. На рассвете мы выдвигаемся.

— Есть! — Здоровяк ударил кулаком в грудь и развернулся к строю: — Слышали босса⁈ Техника, оружие, припасы, — грузим всё, что может понадобиться! Шевелитесь, ублюдки, времени до утра!

Двор взорвался суетой. Бойцы рассыпались по тюрьме, как муравьи. Затарахтели моторы, грузовики подгонялись к складам. Загремели ящики с патронами. Кто-то катил бочки с горючим, другие тащили мешки с провиантом. Офицеры орали, раздавая команды, но теперь это был не хаос, а отлаженный механизм, где каждый знал своё дело.

К вечеру колонна была готова. У ворот выстроились машины: головной грузовик с турелью, два БТРа, три джипа, пикап Марго, УАЗ с открытым верхом и три «Урала» с припасами, сложенными в центре кузова. Моторы молчали, но техника выглядела угрожающе даже в неподвижности. Квадрат лично обошёл каждую машину, проверил давление в шинах, уровень масла и топлива. Последнее было под пробку.

Солнце село за горизонт, но никто не спал. В казармах горели лампы: бойцы проверяли оружие, подгоняли амуницию. Многие просто сидели и молча смотрели в стену. Они ещё не понимали, за что им предстоит умирать. Но ясно было одно: если они откажутся, их ждёт такая судьба, что придётся позавидовать мёртвым.

Игорь стоял на крыше, кутаясь в армейскую куртку. Ветер трепал волосы, но холода он не чувствовал. Мёртвое тело давно перестало реагировать на такие мелочи.

Рассвет выдался серым и холодным. Сентябрьское небо нависало над тюрьмой тяжёлой свинцовой плитой, обещая дождь, но пока сдерживаясь. Ветер гнал по асфальту сухие листья.

Игорь вышел во двор, застёгивая ворот армейской куртки. Его войско уже стояло в строю: сто пятьдесят бойцов, отобранных лично Квадратом для похода на Нижний. Остальные сто семьдесят человек выстроились отдельно. Им предстояло остаться на хозяйстве.

— Привести Говно, — приказал Игорь.

Двое бойцов метнулись к подвалу и через минуту выволокли Чугуна. За месяц в темноте он совсем одичал: кожа стала серой, рёбра выпирали сквозь неё, глаза ввалились, а вокруг них залегли чёрные круги. Он едва стоял на ногах. Верёвка всё так же болталась на шее, но ему она была уже не нужна. Он и без привязи никуда не уходил.

Игорь взял его за плечо и развернул лицом к строю.

— Смотри, — произнёс он негромко, — это твоя бывшая банда. Твои люди и офицеры. Ты проиграл, Говно, проиграл всё, что у тебя было. И посмотри, кем теперь они стали.