— Я вам весьма благодарен, что вы проводили Лизаньку, но дальше я беру ответственность за неё на себя. Вы можете быть свободны.

Фраза была на грани приличия, особенно если учесть, что по званию Рысьин был младше, а значит, сейчас нагло нарушал субординацию.

— Я всегда довожу начатое до конца, — возразил Волков, добавив в голос рычащих ноток, не иначе как для устрашения соперника. — В данном случае — Лизу до дома господина Звягинцева, к которому у меня дело.

— Вы можете подойти к нему в другое время, сейчас уже довольно поздно для визита, — прошипел Рысьин, обнажая зубы в угрожающей ухмылке и при этом забавно приподнимая усы.

— Это решать не вам, поручик, — отрезал Волков. — Идёмте же, Лиза, а то, пока мы будем выяснять, кто достоин вас провожать, вы не попадёте домой.

Я сделала пару шагов, но Рысьин не отступился, он пристроился слева от меня и недовольно сказал:

— Я не говорил, что вы недостойны. Я говорил, что вы можете ответственность за Лизу переложить на меня.

— Полноте, поручик, для меня честь проводить девушку до дома. И кроме того, я никогда не перекладываю свою ответственность на других.

— Девушку есть кому провожать.

— В самом деле? Не заметил.

— Возможно, вам стоит тренировать наблюдательность?

Они перебрасывались через меня репликами, словно я была не человеком, а забором с металлическими прутьями, который является преградой для силового решения разногласий, но не для оскорблений. Правда, оскорблений пока не было, но оба противника подходили к этой черте всё ближе и ближе, а у меня слишком сильно ещё было впечатление о недавней дуэли Рысьина и Хомякова. Дуэли и статье в газете о ней. Ещё одна статья, в которой могло появиться упоминание о «гимназистке Р.», мне казалась явно лишней.

— Господа офицеры, если уж вы оба хотите меня проводить, давайте поговорим на тему, которая интересна не только вам, — прервала я их милую беседу.

— Я считаю, что представители одного клана прекрасно могут пройтись без сопровождающего из другого клана, — довольно грубо ответил Юрий. — Волков здесь лишний.

— Значит, всё-таки тайное свидание? — спросил у меня Волков.

— Не выдумывайте! — вспыхнула я.

— К чему тайное свидание тем, у кого до официальной помолвки осталось лишь объявление в газете? — выдал Юрий. — У нас есть согласие клана на брак.

— Но нет моего! — отрезала я, уже не скрывая злости. — У вас нет ни малейшего права говорить подобные вещи, Юрий Александрович.

— Разве? Ты же говорила, что если я выполню твою маленькую просьбу…

— Вы её не выполнили.

Добавлять, что обещала лишь подумать, я не стала: это плохо сказывается на розыскном энтузиазме, а мне учебники были жизненно необходимы. Пока все новые знания приходили довольно хаотично и были отнюдь не первостепенной важности. Нужна была система, а систему мог дать только хороший учебник, поисками которого сейчас как раз и занимался Юрий. Точнее, наверняка не он, а его отец.