– Прошу прощения, – сказала она. – Сейлинель хотела бы поговорить с вами.

Потребовалось некоторое время на сборы, поскольку Утес и Калам с трудом просыпались и всем нужно было зайти в ванную, но Вата дала понять, что дело не срочное. Они не захватили с ветряного корабля вещи Луна, поэтому он был в той же одежде, в которой покинул дом Сейлинель. Утес по-прежнему поверх собственной одежды носил наряд земных обитателей из засушливых земель. Рорра извинилась за запах, но у нее не было времени для стирки. Лун чуть было не сказал ей, что можно не беспокоиться, поскольку в основном от нее пахнет Утесом.

Вата провела их вверх по спиральной лестнице, а потом дальше по коридору в рулевую рубку. Там были большие окна с хорошим видом на нос. Вероятно, два передних огненных орудия размещались прямо над рубкой. Две двери выходили на главную палубу, и дул приветливый и прохладный ветерок, насыщенный запахами листвы и глины. Они летели над деревьями и садами, рассыпанными вокруг очередного маленького селения, но вдалеке блестела река, а за ней поднимались густые джунгли.

В задней части каюты три члена команды управляли лодкой с помощью системы сложно устроенных рулевых рычагов. Перед ними стояли Сейлинель и высокая, плотная и мускулистая солкийка. Сейлинель официально поприветствовала вошедших, а потом сказала:

– Это капитан Тиест. Она уже сражалась со сквернами, в основном у границ Карада.

– Много циклов назад, – холодно ответила Тиест и кивнула Нефрите. – Эти двое самцов тоже раксура?

Шипы Нефриты, до сих пор занимавшие нейтральное положение, раздраженно дрогнули. Рорра возмущенно фыркнула.

– Они консорты, – сообщила на кедайском Нефрита ледяным тоном.

– Я могу увидеть их в другом облике? – спросила Тиест.

Молчание исходило от Нефриты волной холода, а шипы начали подниматься. Сейлинель нахмурилась.

– Не уверена, что это дозволяется, – сказала она.

– Нефрита, – произнес Лун на языке раксура. – Она пытается тебя спровоцировать и хочет посмотреть, поддашься ли ты.

– Знаю, – на том же языке резко отозвалась Нефрита.

– Я понимаю, что подобная просьба может показаться грубой, – заговорил Калам, явно указывая на это Тиест. – Однако это может пойти на пользу. Ведь слухи о сходстве раксура и владык сквернов – сильное преувеличение.

– Согласна, – добавила Рорра.

Утес не реагировал.

– Я здесь просто не помещусь, – сказал он на кедайском.

Губы Тиест изогнулись, словно она сочла его слова неудачной шуткой.

– Он праотец рода, – пояснила Сейлинель, – и в другой форме… очень крупный.

Положение становилось все более нелепым, и Лун разрывался между желанием сменить облик и, возможно, разозлить Нефриту еще сильнее или просто стоять и наблюдать, как нарастает напряженность. Он сожалел, что не сменил облик раньше, пока между Нефритой и солкийским капитаном не разгорелась эта битва характеров.