Лун ничего не понял.

– Смертей? Ты имеешь в виду хианцев в руинах?

– Нет. Руины рухнули на границе между Киш-Маджорой и Киш-Жандерой, возле города Кедмар. Но хотя они упали на пустую равнину, многие жандеры и жандераны в ближайших городках пострадали, и, как нам сообщили, по меньшей мере пятьдесят три погибли на месте. Может, и больше. Степень ущерба еще пытаются оценить.

Лун на миг застыл. Он был слишком потрясен, чтобы отреагировать. Его одновременно посетили две мысли: поразило ли оружие и Пределы, и означает ли сказанное, что оно рухнуло на Кедмар?

– Каллумкал скажет вам, что это ложь, – сумел произнести он. – Как и Калам, и Рорра, и жандеры, которые были с ним.

– Хианцы утверждают, что Каллумкал мертв, его убили раксура. Завтра прибывает летающая лодка из Кедмар-Жандеры, и представитель Кедмара просил Конклав дождаться его прибытия прежде, чем официально заслушать хианцев. Я надеюсь, на судне прибудет сам Каллумкал или его представитель. – Сейлинель с неожиданным пылом подалась к нему. – Кто бы ни был на этом корабле, тебя попросят рассказать представителям Конклава свою историю. Расскажешь?

– Да, – кивнул Лун, потому что выбора не было.

Конечно, трудно придумать кого-то менее походящего для этого. Знают ли хианцы, выдвинувшие обвинение, кто случайно вынес предмет из города строителей фундаментов? И поверит ли кто-нибудь, что это было непреднамеренно?

– Почему раксура напали на империю Киш? – неожиданно задала вопрос Гатин.

Лун сдержал шипение, хотя ощутил, как напряглось горло.

– Раксура на империю не нападали, потому что им она совершенно не интересна.

Сейлинель подняла брови. Гатин посмотрела на Дойен, а потом спросила у Луна:

– Вы не торгуете с другими видами?

– Только с некоторыми болотными обитателями, живущими в Пределах.

Дойен обернулась к Сейлинель.

– А что раксура могли выиграть от столкновения с хианцами?

– Ничего, – сказал Лун. – Мы пытались спасти себя и жизнь земных обитателей, которые были вместе с нами. Но плохо справились.

Песня. Магрим, Келлимдар и другие жандеры. Кетель. К счастью, не Каллумкал – похоже, кишцы поверят только его слову. Луну Дойен явно не верила.

– Чего ты хочешь? – спросила Гатин.

– Хочу вернуться домой, к семье. – Лун уже устал от глупых вопросов. – Почему тебя это интересует?

– Гатин будет твоим представителем в Конклаве, – сказала Сейлинель.

Лун уставился на нее.

– Да ты шутишь.

Гатин явно оскорбилась.

– Она поклялась выяснить для Конклава всю правду, – сказала Сейлинель.

Они думают, что он так наивен и поверит в это? Просто смешно.

– Кто-нибудь пытается вытащить правду из хианцев? Их хотя бы заперли?