Небо над головой закружилось, и Лун понял, что весь огромный причал под ними начал поворачиваться. Кетель вспрыгнул на борт летающей лодки и вцепился в нос, но якорные канаты разорвались с хрустом ломающегося хребта. Палуба подалась вверх и ударила Луна. Он вонзил в нее когти руки и ноги и удержал Сумрака.

Моховая лодка рухнула, ударилась обо что-то, а потом еще раз. Лун с трудом поднялся, удерживая Сумрака когтями за воротниковые гребни.

В ушах взвыл ветер, а бо льшая часть лодки исчезла. Вся правая сторона была срезана до кормы, всего в нескольких шагах от них. От верхней каюты остались только две стены. Из-под корпуса на корме торчал оголившийся поломанный шпангоут, мох висел клочьями. Лодка ударилась о металлический парус гигантского корабля. К облегчению Луна, Звон и Лоза сумели удержаться, ухватившись за Сумрака с другой стороны. А тяжелый кетель все еще цеплялся за остатки носа.

Все вокруг двигалось, и Лун не мог сориентироваться, где верх, а где низ. Он на мгновение зажмурился, пытаясь сосредоточиться. Нет, дело не в его чувстве ориентации, а во всем остальном. Вся причальная конструкция начала поворачиваться и потащила металлический корабль за собой. У Луна сжалось горло при мысли, что это сделали хианцы.

Огрызок летающей лодки мог в любой момент развалиться. Им еще повезло, что мох не расползся и не спутал крылья.

Вывернувшись, Лун увидел изгиб колеса, прикрепленного к мачте.

– Сюда!

Он потянул за собой Сумрака.

Тот выпрямился, таща Звона. Оглушенный Звон пошатывался, и Лоза помогала ему держаться на ногах. Сумрак притянул ее к груди, а Звона передал Луну. Подхваченный Луном, Звон инстинктивно ухватился за его воротниковые гребни.

– Кажется, я ударился головой, – невнятно пробормотал Звон. – Что случилось?

– Расскажу потом, – отозвался Лун. Палуба треснула по всей длине, он вскочил на уцелевшую часть ограждения и сказал Сумраку: – Пошли!

– Берегись паруса, – отозвался Сумрак и слетел с лодки.

Он расправил крылья, уклонился от потока ветра, потом снова нырнул в него, обходя парус, и приземлился прямо за ним, на верхнюю часть колеса. После чего спрыгнул вниз и устроился в широкой нише под ободом.

– Похоже, много практиковался, – сказал Звон и сдавленно охнул, когда Лун поднялся в воздух.

Ветер, вызванный движением корабля и всего причала, превратил воздух в быстро изменяющийся лабиринт течений. Луна дважды бросало в сторону, как пушинку, прежде чем он сумел приземлиться на колесо и спуститься к Сумраку. Там он зацепился, тяжело дыша. Оглянувшись, он увидел, как кетель оттолкнулся от летающей лодки, ловко обогнул парус и приземлился на нижнюю часть колеса. От сильного толчка остатки летающей лодки поплыли по воздуху, врезались в парус и рассыпались на куски, тут же унесенные ветром. Случись это раньше, мы все погибли бы, подумал Лун. Им повезло. Если можно так сказать.