— Чушь, я великолепно трезва! Впервые за долгое время... — Подойдя к столу вплотную, я оперлась о столешницу руками, в точности повторяя его позу во время нашего первого скандала, и наклонилась вперед. — Я пришла сказать вам правду, Дамиан. И вы будете слушать!

— Внимательно слушаю, — тихо отозвался он.

— Во-первых, — загнула я палец, глядя прямо в эти синие омуты, — вы невыносимый, авторитарный и упрямый солдафон. Влетели в мою академию, как дракон в посудную лавку, и решили, что можете все здесь сломать. Еще самодур и сексист, и вы бесили меня так сильно, что я хотела ударить вас проклятием в первый же день!

Дамиан усмехнулся. Ему явно нравилось это представление.

— Записал. Дальше?

— Во-вторых! — Мой голос дрогнул, но я не остановилась. — Вы оказались не таким уж глупым мужланом. Вы оказались… умным и честным. И спасли мой факультет, хотя я была уверена, что ваша цель его уничтожение. И… вы спасли меня. От Войссера. И от позора.

Слова полились из меня рекой, смешиваясь в отчаянный монолог.

— А потом мы сидели с вами плечом к плечу в архиве, и я поняла, что с вами можно работать… с вами можно…

Я задохнулась, потеряв мысль, грудь тяжело вздымалась. Сердце колотилось о ребра, как пойманная птица. Вино шумело в голове, заставляя говорить то, что я скрывала даже от самой себя.

— И что самое ужасное, Дамиан Рейвенхарт! — Я стукнула ладонью по столу, переходя на отчаянный, злой шепот. — Самое ужасное то, как вы смотрите на меня! Из-за вас я забываю формулы! А еще меня тошнит, когда эти гарпии из преподавательской крутятся вокруг вас. И я надела это дурацкое шелковое платье только для того, чтобы доказать вам… чтобы вы увидели…

Я запнулась, осознав, что именно я сейчас несу.

Оборвала тираду на полуслове, прикусила губу, чувствуя, как щеки вспыхивают не от гнева, а от жгучего, парализующего смущения. Я только что расписалась в собственной слабости. Вывалила на него свою ревность и смятение, призналась, что наряжалась ради него.

Кабинет погрузился в звенящую тишину.

Дамиан медленно поднялся из кресла, обогнул массивный стол и оказался рядом со мной.

Я инстинктивно отступила, понимая, что бежать некуда. Да я и не хотела бежать.

Он поднял руку и мягко коснулся моей щеки, у меня подогнулись колени. Его большой палец мазнул по моим губам, заставляя приоткрыть их со сдавленным вздохом.

— Ты высказала все, Лили? — Его голос прозвучал так хрипло и глубоко, что вибрация отдалась у меня в животе.

— В-все, — прошептала я, не в силах отвести взгляд от его почерневших от желания глаз.

— Хорошо, — выдохнул он. — Теперь моя очередь.