Он намекающе покачал опустевшей чашкой, я вскочил и стал ухаживать.

Дядя Вася болел год или даже больше, уже когда меня в армию провожали он ходил с опаской. Сейчас, хоть и не показывал виду, но все равно старался поменьше двигаться. Смотреть на него было неловко, я помнил его элегантно-текучим, таким, какой он на единственной висевшей в его комнате афише — «Василий Горшечников, лауреат конкурсов и заслуженный артист». С листа выцветшей от времени бумаги прежний дядя Вася, молодой красавец, с легкой усмешкой смотрел на нынешнего старика, забывающего побриться уже третий день. Но дядя Вася моей неловкости словно бы не замечал, рассказывая о былых друзьях и знакомых:

— Я эту идею подсмотрел, тот парень выходил с карточными фокусами и работал всегда в рубашке с коротким рукавом. Все твердил «вы же видите, у меня ничего в рукавах, да? У меня и рукавов-то нету!» Даже иногда делал вид, что лезет куда-то — за пазуху или в карман, зрители замечали, он извинялся, хвалил их за наблюдательность… зрители любят, чтобы их хвалили. А пока хвалишь они довольные, жмурятся и не видят, что это только отвлечение от действительно важного. Хоть что делай, но они потом будут только об одном думать, только одно пытаться уловить. Им хочется увидеть, как ты ошибешься! Чтобы их еще раз похвалили, чтобы они на минутку стали выше простофили на сцене. У этого парня целая программа была на том, что зритель искал, где фокусник ошибется. Ему надо, чтобы шарик появился в одном месте, все следя-ат, в три глаза, только подойдешь — аж дышать перестают, так хочется поймать мастера! Ловят, понятно, извиняешься, достаешь карту оттуда… потом вторую, третью, четвертую — о которых они даже не догадывались. И кто в дураках? Они одного ждали, а ты совсем другое делал в это время. Помоги им обмануться, дай прикоснуться к тайне, увлеки их! Пусть они ждут, что ты сделаешь одно, а ты — хоп! — Он резко махнул правой рукой, показывая бросок в левую, раскрыл пальцы… — На свои часы. И внимательнее, Вась, внимательнее! Я же тебе показывал, как это делается.

Ну вот, опять не заметил! А ведь каждый раз, каждый чертов раз с тех пор, как мне подарили на день рождения настоящие «Командирские» он их с меня снимает! У, колдун нехороший!

Пока я возился с ремешком старик успел отпить, со стуком поставив чашку на столик.

— Упражняешься?

— Ежедневно.

— Молодец. Хоть ты болен, хоть ты пьян — изволь работать! Пока руки работают, ты артист! Есть руки — будет и работа, есть работа — проживем как-нибудь! Подыхать стану, а упражнения не брошу! И тебе советую не бросать… эх, если бы не твоя лень, я бы с твоими данными такого артиста сделал! надо было идти к твоим да ставить вопрос, ну да что уж теперь. Давай, демонстрируй свой высочайший класс.