— Программу ему подавай… Не такое простое дело, тут нужно учитывать массу вещей. — Дядя Вася выщелкнул на ладонь две таблетки, бросил в рот, запил. И без видимой причины заговорил о своем: — Знаешь, шкет, чего хочет каждый настоящий артист? Был у меня коллега, его фирменная фишка — часы снимать. Ну, видел, наверное?

— Ага, это когда трясут или…

— Хрен с ним, с «или», способов много. Люди вообще на такие простые вещи реагируют гораздо активнее, чем на серьезные номера. Ведь надо еще мозги иметь, чтобы понимать — вот здесь сложная работа с зеркалами, а вот тут — результат многомесячных тренировок целой команды! Это все очень сложно и таинственно, а вот когда часики с руки сняли, а ты не видел — вот тут любой подскочит! Ну и коллега сделал такой номер — снимал незаметно, с согласия владельцев разбивал, а потом восстанавливал, менял на руках и все такое. Большой успех имел, народ валом валил. Но ведь хочется, чтобы не просто хлопали, хочется признания людей понимающих! Чтобы задумку и исполнение оценили, задумку, а не мишуру для дураков! Стал он думать о том, кто действительно может понять всю красоту исполнения. И вот как-то пошел на гастроли заграничного мастера, вызвался добровольцем — выглядеть «правильно» дело нехитрое, когда знаешь, на что внимание обращают. Заезжий гастролер вызывает его из зала на сцену, крутит, номер работает, а спустя пять минут, провожая со сцены говорит, публике напоказ «Вот, кстати, ваши часы!». Коллега такой смотрит и отрицательно качает головой — нет, маэстро, это не мои. Это ваши часы! И тот такой опа — и глаза пучит. То есть пока все думали, что на сцене происходит что-то одно этот прохвост сумел сыграть свой номер, да так, что ничего не понял даже тот, кто считал себя хозяином положения!

— Поругались?

— Ну что ты! Буржуй наоборот, всячески его восхвалять начал, мол то-се, высочайший класс. Это ведь тоже очень важно, не потерять лица, когда фокус провалился. Народ поначалу думал, что все подстроено, но потом поверили, стали восхищаться, мог как наш-то ихнего надул!

Все это я слышал уже не раз, но традиционно поддержал:

— И что главнее — красота исполнения или произведенное впечатление?

— Чушь и то и другое. Дело в том, как к тебе относятся зрители! В том, смог ли ты заставить их играть на тебя и за тебя! Ты можешь всю программу из детсадовских фокусов составить, но если публике нравится — ты становишься их повелителем! Публика хочет зрелища, восторга, хочет чтобы ты их обманул, и если ты смог, то что бы ты не делал — поблагодарят и еще попросят! Было дело, я хотел построить целиком номер на «неудачных» манипуляциях. Знаешь, так, чтобы всем казалось, что они каждый мой шаг видят и предугадывают, а под конец выяснялось бы, что все — не то, чем кажется! О, какой бы это был успех! Ведь ни одна сволочь не посмела бы показать, что не поняла сразу смысла происходящего. Смеяться над ними и заставлять смеяться над самими собой! Но текучка погребла…