— Я это знаю. Речь не о деньгах, а о вашем нраве. Сделанное однажды может повториться.

— Мать Алисия, позвольте… Думается, ее величество не виновата. В начале беседы она обронила слова: «Хочу исправить ошибку». Если бы владычица ратовала за Амессина, то вряд ли сожалела бы о его избрании.

— Тогда скажите, что значит «исправить ошибку»? Как вы предлагаете ее исправить?

— Что это?..

Она любилась с Эрвином в хранилище ориджинских Предметов. Они любились в самых невероятных местах, теперь думать об этом сладко и грустно… Она убегала от Эрвина, прячась за постаменты со Священными Предметами. Трогала их пальчиком, и Предметы начинали светиться в полумраке подземелья. Вечное Течение… Всевидящий… Слеза Эмилии… Все так божественно красивы, и невозможно думать, что они — всего лишь устройства… А вот серебристое яблоко, покрытое мелкой пыльцой. «Ничего себе! Это то, что я думаю?..» Эрвин догнал ее и обхватил за грудь. А она резко обернулась и, смеясь, поднесла яблоко к его лицу: «Повелеваю: люби меня вечно!» Эрвин скривился и отнял Предмет: «Не трогай, это скверная вещь». Однако пыльца осталась на ее ладонях…

Алисия зашипела, как змея:

Франциск-Илиан заговорил с каменным лицом:

— Я знаю, — кивнула Мира.

— Я знаю, — повторила Мира, — и готова присоединиться к ее клятве. Пускай меня ждет костер, если когда-либо я своевольно применю Ульянину Пыль. В этом флаконе весь мой запас порошка, теперь он — в распоряжении капитула. Также к услугам Церкви моя первокровь.

— Если ваше величество предлагает заставить Амессина отречься от мантии, то мы предпочтем не услышать намека. Святая Церковь не опустится до подобных действий.

Минерва положила на стол бумагу с двумя словами. Архиепископ поднес листок к глазам.

Вместо Миры ответил Франциск-Илиан с едва заметным блеском в глазах:

Когда северяне победили в Первой Зиме, полки Адриана оказались в стратегической ловушке: окруженные врагом, лишенные припасов и путей для отхода. Тиран вынужден был пойти на переговоры. Однако и Ориджины находились в тяжелом положении: истощенное войско, множество раненых, разрушенные стены, часть сил занята преследованием шаванов. Меньше всего северянам нужна была новая битва.

Она доставила Эрвину много хлопот. В частности, именно Птаха не позволила устроить военные экспедиции в Рейс и Нортвуд. Раздираемая смутой лесная земля виделась лакомым куском. Совершить поход в Клык Медведя, подавить сопротивление, разместить гарнизон кайров. Выбрать младшего из выживших Нортвудов, женить на дочке одного из своих вассалов. У того же барона Стэтхема есть толковая девица на выданье… За каких-то полгода Нортвуд перешел бы под контроль Первой Зимы! Но увы: нельзя уводить войско из герцогства, пока на тебя смотрит всевидящий враг. Да и теперь, в Фаунтерре, Птаха сильно сужала простор для маневров, не раз и не два Эрвин сетовал на это. Но все же одну радость Птаха принесла: с нею гораздо проще злить Адриана!