Заставляя его голосовать так, как требуется закулисным правителем старого и заплесневевшего уголка мировой цивилизации. Действия росских медиа-хакеров вызывали у потомков крестоносцев откровенную злобу и ненависть. Градус рософобии бил все границы и, в конце концов, вылился в кровавую бойню, развернувшуюся на Чернорусской земле. Европейцы не учли лишь того, что россичи никогда не сдаются. Они могли погибнуть, сгинуть, но не сдаться. Хватит ли усилий всего мира, чтобы уничтожить их в этот раз?

Вопрос из вопросов.

В бункере было накурено так, что не справлялась отлично отлаженная вентиляция. Висящие на стенках огромные экраны показывали положение батальонов и рот, укрепленных пунктов и тыловых подразделений в реальном времени. Все передвижения отмечались отдельно. Как и замеченные разведкой действия противника. Эта война впервые стала такой «открытой». Отметки нанесенных ударов, данные разведки. Всему на экранах находилось место.

Потому плоские поверхности электронных девайсов существовали в собственном измерении, за которым напряженно и со всем тщанием следили опытные штабисты. Не первый год воюют! Приглашенные на неожиданную встречу люди получали такую же сводку на свои планшеты ежеминутно. Потому начальник штаба армейского корпуса нисколько не нарушал норм секретности.

Да и с большинством сидящих здесь людей он давно знаком накоротке, а то и вовсе некогда побывал в настоящем бою. Боевое товарищество обычно крепче железа связывает людей. А люди эти были зачастую радикальным образом разными. По политическим взглядам, вере, боевому и житейскому опыту. Так уже в горячке сопротивления злу случилось.

Но их объединяло главное — Им всем надоело постоянно отступать. Некогда величайшая держава мира уже четверть века пятилась назад. Сдавала завоеванные кровью и потом предков позиции. Ничего и никогда не получая при этом взамен. Нет, определенная категория лиц, конечно, хапала свое и чужое. Гордилась тем, что может безнаказанно воровать. Но остальное народонаселение медленно сваливалось в надвигающееся небытие.

— Не томи, Григорич.

Долговязый мужчина с большой головой и глазами навыкате, известный в узком кругу, как легендарный комбриг механизированной бригады «Лихо» Бомбер выжидающе глянул на хозяина. Тот тряхнул головой и показно молодцевато повернулся к экранам, попутно вводя что-то на тактическом планшете.

— Сами виноваты, долго собираетесь.

— Так расслабились черти, в обороне сидючи! — пробасил здоровый как медведь, командир батальона спецназа «Медведей». Именно Стрига, постучав костяшками по толстой столешнице, выкрикнул. — Харэ, болтать, камераден!