— Понч?
— Стас, — сисадмин нагло перехватил у официанта стакан. — Колись, куда обращаться. Компьютерщики ведь всем нужны.
Камилла сделала круглые глаза, затем заливисто захохотала.
— Ну и вояки здесь собрались! Кто бы полгода назад сказал, не поверила.
— Времена меняются. Море колышется. Будешь стоять на месте– смоет на хрен.
Стас улыбался. Ведь он знал, что так и будет. На фига ему надеяться на неизвестных ему людей, когда имеются проверенные кадры. Потом они вместе свалят в закат, получив известность. Не дурак же он соблюдать все приказы начальства.
— Сегодня, Понч, пей. Дела оставим на завтра. Ну что, за удачные стримы!
— Не май месяц!
Боев в теплоотражающей накидке прильнул к оптическому прибору. Его напарник, устроившийся в боковой лежке, лишь хмыкнул:
— Доживи до него!
Вдруг они насторожились, кто-то полз к ним. Зеленая леска натянулась.
— Свои!
Кажущийся еще больше в полном СИБЗе громила спустился в укрытие.
— Антей, твою тушу даже самый слепошарый летак срисует.
— Не боись! –хмыкнул разведчик «Интернационала». — Их Паляуничи сей час жестко приземлились. И так погода гадкая, так еще и нам очередную новинку привезли.
Худой маленький боец в схроне среагировал быстро:
— Пока ляхи будут свободные частоты искать, мы город и штурманем?
— Рыбарь, долго думал? На фига, спрашивается, тут тогда неделю торчим?
Сапый обернулся к товарищам:
— Да все равно сил маловато. И на флангах мобы. Что толку от них.
— Потому и на флангах. И не пытай меня, обратись к командованию. Всяко не дурни там сидят.
Рыбарь ехидно хихикнул:
— Точно не дурни. Проселки развязли, а шоссе давно под нашим обстрелом. То есть подвоза от ляхов не будет. В городе погода воевать не мешает. А мобы в обороне вполне годны. Для того на фланги их и сунули.
Сапый криво усмехнулся. Он почесал отросшую за неделю в окопах русую бородку:
— И все ты знаешь, стратег недоделанный! Нам бы самим в предстоящей мясорубке выжить.
Антей многозначительно глянул на однополчанина. Что-то раньше он о таком не говаривал.
— Считаешь, что уже скоро?
Рыбарь также напрягся.
— Не знаю. Но в мае все подсохнет, и случится решающее сражение. Или мы, или нас. Другого не дано.
Бойцы замолчали. Прошлый май принес им лишь горести и беды. Гвардейцы Конфедерации под бодрые рапорта «о перегруппировке» стремительно откатились обратно, не в силах сдержать профессиональные военные формирования Альянса. Миф о второй армии мира рухнул в одночасье.
Лесополосы между речными долинами за жаркое лето превратились в настоящие кладбища не похороненных бойцов. Сколько там легло резервистов и мобилизованных граждан никто не знает до сих пор. Если бы не природное упорство и местами насильственная смена командиров, то неизвестно чем бы это все кончилось. Очередным позорным миром, как шесть лет назад?