— За такое время только азы… но понял — лучше, чем ничего, а там и присмотреться можно. А требование тайны зачем?
— А зачем посторонним знать, что анархисты готовят потенциальных боевиков? Так вы набрали молодёжь… кого в скаутские лагеря, кого на работы краткосрочные завербовали. Здесь главное — по рекомендациям. Живут где-то твои товарищи и не могут не видеть, что вокруг есть достойная смена. Заводить разговоры рискованно хотя бы потому, что возраст такой — проболтаться могут от глупости молодой. Ну или просто выдадут себя… знаешь, у причастных к тайне в этом возрасте даже походка меняться может.
— Да уж знаю, — усмехнулся Родригес криво, явно вспоминая что-то своё.
— Прекрасно. Главное здесь — тайна. Свои имена говорить нельзя, имена инструкторов неизвестны, лица неплохо бы закрывать. Ну и своих товарищей в эти лагеря можно — из тех, кто молод, да проверен. Или молодо выглядит, это уж сами сообразите.
— Вроде как студенты, но изнутри будут приглядывать? Интересно… с двух сторон пригляд.
— Главное — никаких постоянных лагерей! Подготовили группу молодняка, сняли ферму там старую или вовсе — палатки на природе. Погоняли несколько недель, да и свернули деятельность.
— Каждый раз заново?
— По ситуации. Если власти в районе вовсе уж мышей не ловят, то можно и на пару месяцев, но дальше всё — опасно. Кто-то проболтается непременно, ну а если и нет, так углядят недозволенное. Не стоит рассчитывать на идиотизм властей.
— Ещё можно с вербовкой на работу интересно сделать, — воодушевился Родригес, — предприятие какое-нибудь небольшое, да на нём и готовить парней. Полдня работают, полдня учатся, даже на самоокупаемость можно поставить.
— Можно и так, вполне дельно. Но это, мне кажется, скорее для проверенных товарищей — из тех, кто уже доказал свою стойкость, но ничего пока не умеет.
— Или в горах где-нибудь, — продолжил Хосе, делая пометку в блокноте.
— Тоже вариант. Отдалённая ферма, где нет возможности вести нормальную слежку со стороны или если вдруг окажется внедрённый провокатор — передать донесение. Несколько месяцев поучатся, да все под псевдонимами и легендами, а потом бах — предприятие закрылось, рабочих распустили…
— Всё-таки настаиваешь на легендах? — Хмыкнул анархист, — параноик.
— Зато вы не параноики, — отвечаю ядовито, — вообще о понятии тайны слышать не хотите. И много наработали? Не отвечай… знаю, что немало! Но скорее громко, чем много, очень уж многие твои товарищи жизни отдают в борьбе — просто потому, что не привыкли язык сдерживать!
Хосе вздохнул, не споря — дисциплина у анархистов и правда неважная. Вожаков у них… деленьем размножаются! С одной стороны плохо, серьёзные дела так не делаются, а с другой стороны, властям и прижучить особо некого. Нет Центра!