— За ним уже выехали… — злорадство пёрло из обеих версий Лунного кота бурной струей, — Так что покеда, неудачник!
— Чё-ё⁈ — повторил я, ощущая, как пространство вокруг меня поддёргивается и искажается.
А затем меня переместило.
Не сказать, что в отделанных золотом мраморных дворцах есть хоть какая-то оригинальность, да и облака везде, то есть не только сверху, а даже по бокам и снизу, тоже тот еще шаблон, зато, как говорится, компания прикольная. Лючия собственной персоной, Шакалот тоже, только куриной, Вермиллион натуральный одна штука, ну и… злой как сорок две собаки, орущий, исходящий ненавистью и слюной Арахат. Адын, совсем адын.
Кажется, я попал.
Знаете, жизнь меня помотала. Серьезно так помотала. Я охотился на вурдалаков в вечно темных топях проклятых лесов, заговаривал зубы русалке-убийце с трехсотлетним стажем, подрывал дирижабль с африканским посольством, будучи шантажируем инопланетянами, убивал дракона, качался на саблезубых муравьедов среди вулканических полей, а как-то раз, правда, по очень сильной пьяни, умудрился вынудить лешего заблудиться. На кладбище. В общем, как можно понять, несколько жизней, наполненных бардаком и приключениями, оставляют множество воспоминаний. Не все из них приятные.
Но вот чтобы я стоял в раю и обнимал трехметрового араба? Такого я даже под веществами предположить не мог!
Меня слегка извиняло то, что обнимали Арахата все. Я, Лючия, Верм. Последнему было сподручнее, потому что он четырехметровый, а араб всего лишь трёх, так что удерживал в основном мой старый учитель, а мы так, за коленки цеплялись у бешено орущего мужика, рвущегося к невозмутимо чистящей клюв лапкой курице.
— Я его убью! Уничтожу! Низведу! — разорялся пустынный бог, дергаясь как припадочный, — Это война! Слышишь, Шакалот?!! Это — война!!!
— Война… — задумчиво, вообще не обращая внимание на агрессора, пробормотала курица, — Война без особых причин… Двери открывать надо, когда к тебе гости приходят! Ворота открывать надо!
— Какие двери⁈ — почти изошёл на визг бородатый хмырь, заехав мне коленом в лоб, — Какие ворота?!?
Безобразная сцена, очень безобразная. Она станет еще безобразнее через пять минут, когда высокий недоумок поймет, что можно схватиться за саблю, но той уже не будет, потому что её украл я. У меня её тоже не будет, потому что её отнимет Лючия, которой стоять в обнимку с саблей будет куда красивее и элегантнее, чем обнимать за колено мужика, который её похитил.
Очень вовремя она это затеяла, так как вокруг начали появляться еще личности, явно имеющие непосредственное отношение к такому виду фауны Орзенвальда как «боги». Их оказалось удивительно много, а их внешний вид был удивительно разнообразен. Они шумели, пыхтели, смотрели, шевелили щупальцами, кряхтели и бухтели. Не успел я хотя бы моргнуть в знак причастности, как внезапно оказалось, что мы все…