— Зачем?

— Как раз таки потому, что до того момента я считал тебя хорошим человеком: я видел, как ты переживал за моё состояние, когда вы с замкомом приехали, чтобы проведать меня; но что куда важнее — я видел, как во время той операции ты пытался выиграть время для Катрин, при этом ставя на кон свою собственную жизнь, хотя мог просто сбежать. Поэтому даже сейчас, услышав всё это от Луиса, я до последнего не хочу в это верить.

— Вот как, значит… — следом за этим, сделав глубокий вдох, я всё-таки ответил на его изначальный вопрос: — Что ж, пожалуй, можно сказать, что за этим и впрямь стоял я…

— Извини, но я хочу услышать конкретный ответ — лишь «да» или «нет».

Ну да, будь я на его месте, тоже бы не хотел всех этих сложностей.

— Ну, в таком случае бесспорное «да».

— Ясно… Жаль это слышать…

А мне жаль это говорить.

Но вместо этих слов у него я спросил:

— Это всё? Ты только ради этого меня позвал?

— Нет, — помотал он головой. — Есть ещё кое-что, что я хотел сказать тебе.

— И что же?

— Уезжай за барьер, в дикие земли.

— Что?..

— Как можно быстрее. И возьми с собой всех, кто тебе дорог. В противном случае они все могут пострадать.

— Это ещё почему?

— Потому что Луис пойдёт на всё, чтобы добиться своего. Он ни перед чем не остановится — даже если ему для этого придётся убивать невинных. Ты с ним не столь давно знаком, так что вряд ли это заметил, но он из тех людей, которые и глазом не моргнут, если для достижения цели придётся пойти на какие-то жертвы. У него просто нет каких-то моральных терзаний или внутренних противоречий, потому как он считает, что сражается на благо человечества.

— Короче говоря, он считает, что в сражении все средства хороши. А главный враг в этом сражении — это, конечно же, я. А посему стоит мне попытаться скрыться от него в диких землях, как он начнёт выманивать меня с помощью дорогих мне людей… Верно?

— Угу…

— И почему ты мне это рассказываешь?

— Потому что ты и люди вокруг тебя не заслуживают этого.

— Ты так считаешь даже после учинённого мной тогда?

— Да, ведь наверняка ты был не в силах остановить происходящее.

— Вот как? А почему тогда просто не поможешь мне разобраться с Луисом?

— Ты это серьёзно? — спросил он, посмотрев на меня. — Каким бы человеком Луис ни был, он всё равно мне как член семьи. Тем более я не считаю, что Луис неправ в целом — люди действительно слабы против одержимых, демонов и даже людей с Дарами. Поэтому, если мы будем стараться ещё не запачкать руки, то это точно ни к чему не приведёт.

— Добросердечность — удел сильных мира сего, значит?..