— Понятно. Раз так, то не вижу смысла дальше обсуждать этот вопрос. Проведём приём до выхода за барьер.
Девушка была счастлива.
И это потому, что совершенно всё в этот момент шло так, как она и планировала.
Сначала реакция этого парня на её слова, который, конечно же, не смог сразу же прилюдно заявить, что всё было не так, или же даже что между ними вовсе ничего не было, потому как он простой добрячок и прекрасно осознавал, что будет с ней, только что переведённой недо-аристократкой, если бы он так поступил.
Потом реакция общественности, которая разделилась, по большому счёту, на два лагеря: тех, кто сожалеет им из-за их судьбы, и тех, кто считает её, только недавно пережившую утрату несостоявшегося мужа, обыкновенной шлюхой.
Следом реакция её родителей, которая также была крайне ожидаемая: всё-таки она — самый главный на данный момент ресурс их рода, так что порча этого ресурса, очевидно, карается очень сильно. Даже если этот ресурс испортил сам себя.
Однако, хоть она это изначально и планировала, но наказали её в итоге даже сильнее, чем она ожидала. Впрочем, это всё равно не минус — всё равно она собиралась сама себя доводить до примерно такого состояния, а так — ей даже не потребовалось хоть сколько-то усердствовать.
Разве что пришлось немного спровоцировать своих родителей несколькими аккуратными фразами, дабы в конце концов всё закончилось необходимой ей фразой:
— Если ты, блядь неблагодарная, так его любишь, то и пиздуй к нему тогда жить! И домой можешь не возвращаться, даже если приползёшь на коленях!
После этих слов у неё появился полный карт-бланш, коим она сразу же и воспользовалась, незамедлительно направившись домой к тому парню. Ну а его последующая реакция на произошедшее не заставила себя ждать — конечно же, он согласился ей помочь. Причём ей даже не пришлось прилагать никаких особых усилий, ведь, по её ощущениям, он бы помог в таком состоянии чуть ли не любому другому человеку на её месте.
Тем не менее небольшая проблема всё-таки возникла.
Когда он только вошёл в комнату, она сразу же заметила в нём сомнения, которых быть в нём не должно было. А откуда эти сомнения появились, раз дома в этот момент была лишь Элизабет, для неё стало очевидно: Элизабет, как она и ожидала, немного подобралась к раскрытию её настоящей сущности. Жаль только, что непонятно, насколько близко, а в целом же — этой девушке было на это всё равно.
Теперь, приняв возможность остаться на какой-то срок в его доме, от неё требовалось лишь продолжать играть свою роль. И со временем, очевидно, сомнения этого парня исчезнут. А прямиком следом за ними исчезнут и сомнения Элизабет.