Хоть мне и крайне этого хотелось, но, увы, откладывать этот момент было уже некуда. А потому, напоследок ещё раз критично осмотрев себя в зеркале, подошёл к Еве, и мы вместе с ней вышли из комнаты второго этажа, направившись к лестнице.
Стоило же нам по ней спуститься, как наши взгляды тут же пересеклись с одной из пар гостей.
В голове тут же рефлекторно всплыла вся имеющаяся информация о этих людях: они представители слабенького, достаточно бедного и в принципе особо невзрачного рода; стоящий чуть спереди мужчина лет сорока пяти — это глава их рода, о котором я практически ничего не знаю, а значит вряд ли он хоть что-то из себя представляет; ну а стоящая за ним женщина лет сорока — это его первая жена, и это всё, что я о ней знаю.
Как ни посмотри, а эта пара — идеальный вариант для нашей небольшой тренировки.
И пока они удивлённо смотрели на нас, явно не понимая, почему я тут вообще присутствую, я, натянув приветливую улыбку, подошёл к ним.
— Добрый вечер, мистер Уорд, — поприветствовал я их.
Поприветствовал бы и его сопровождающую, но в нашей Империи подобное не принято — всегда приветствуют друг друга исключительно мужчины. И ведут диалоги также, в основном, именно мужчины.
Женщины же выступают в роли дополнительного критерия статуса, как та же дороговизна и качество надетой одежды и аксессуаров. Говорят же они, по большей части, либо когда им задают прямой вопрос, либо когда они остаются один на один со своим сопровождающим, либо же когда общение из формального переходит в неформальное. Но последнее, если и происходит, то под достаточно редко и под самый конец вечера. И то — разумеется, в компании друзей или хороших знакомых.
На мой взгляд, подобные устои являются жестокими по отношению к девушкам и несколько устаревшими, но, кажется, большинство аристократов подобное устраивает.
— Добрый день, мистер Эндрю… — неуверенно поприветствовал он меня в ответ, очевидно будучи удивлённым, что я его знаю. — Честно говоря, не думал, что увижу вас здесь.
Хочется ответить ему аналогично, да разница в наших статусах пока что не позволяет. К тому же, основная стратегия на этот вечер — это оставаться Эндрю Эвансом до самой церемонии. Благодаря этому можно будет куда лучше понять, кто и как относится ко мне на самом деле в высшем свете.
А посему ответил я ему на это:
— Понимаю. Для меня это тоже стало неожиданностью.
И вот она — игра слов, являющейся неотъемлемой частью жизни аристократов.
Очевидно, я знал, что буду на этом вечере. Однако при этом в моих словах нет ни капли лжи. А всё потому, что я лишь сказал, что для меня это стало неожиданностью, но что именно я подразумевал в этот момент под «это» — остаётся неясным.