Наконец, нужный шатер отыскался. Бариш отдернул служившую дверью потертую шкуру и рукой поманил «Ургов» внутрь. Вся четверка протиснулась в тесный проход. В нос немедля ударили запахи дыма, жира и пота. Черные закопченные стены, как будто забрали весь свет, но и так удалось разглядеть все, что нужно. На полу, собирая мешок, копошились две старые женщины. У дальнего края шатра молодая Безродная грудью кормила младенца. Двое старших детей разгребали огромную кучу какого-то хлама. Бородатый старик возлежал на засаленной шкуре… и все. Ни хозяина дома, ни гостя. Бариш спросил:

— Где Шаргаш? Тут еще Урги нашлись.

— Они с отцом за мешками пошли. Щас вернутся, — сообщил один из лохматых детей, оказавшийся мальчиком.

— Хорошо. Подождем снаружи. — Эти слова уже обращались к пришедшим, и компания вновь очутилась на свежем воздухе.

Ожидание, и действительно, вышло недолгим. Когда впереди показалась знакомая Инге фигура, девушка толкнула спутника локтем и негромко сказала:

— Смотри. Это он.

Груженые ворохом грубых мешков, к шатру приближались, не видя дороги сквозь ношу, двое мужчин. Один слишком старый, второй помоложе, высокий и крепкий, по-своему даже красивый с широким скуластым лицом, черной гривой волос, крупным носом, большими глазами — похоже, тот самый Шаргаш. Только подойдя к дому и свалив поклажу на землю, пришедшие заметили, что у входа их кто-то встречает.

Разминая плечи, Шаргаш не спеша разогнулся и тут же встретился взглядом с объектом своих домогательств. В глазах Инги, успевшей себя накрутить, полыхали презрение и ненависть, лицо же Безродного пока отражало лишь сильное удивление. Опешив, мужчина растерянно молвил:

— Что ты здесь делаешь? — и мигом спустя, обнаружив стоящего рядом Кабаза, резко выдохнул: — Боголюб⁈

Волосатая лапа Шаргаша метнулась за пояс к ножу, но копье Кабана оказалось быстрее и с разгону вонзилось в открытую шею врага. Кровь забила ключом, руки жертвы вцепились в древко, потерявшие силу колени согнулись, тело медленно начало падать вперед.

Проходившие мимо охотники, ставшие невольными свидетелями этой стремительной драмы, при поддержке Нихана, Гайраха и Бариша, налетели толпой на убийцу и, сбив с ног, прижали Кабаза к земле. Отовсюду послышались гневные выкрики, общий смысл которых сводился к угрозе расправы. Парень лежал неподвижно, даже не пробуя сопротивляться и терпеливо молчал. Инга, напротив, скакала вокруг, словно белка, и верещала, как резанная:

— Он заслужил! Заслужил! Клятва духами нерушима! Не трогайте Дарга! Он сделал все правильно!