Однако в туле стрел все же много, и я дополнительно разжился четырьмя уже зимними волчьими шкурами. А затем целых две недели эти шкуры превращал во что-то пригодное для использования. Относительно пригодное: сами по себе шкуры мне правильно выделать оказалось не очень и сложно, но вот именно использовать из было пока никак нельзя: ниток у меня не было. Можно, конечно, было и ручку от переноски распустить, но почему-то мне эта идея не понравилась — так что я по замерзающему лесу еще раз прошелся, крапивы нарвал сколько донести к дому смог, и занялся уже «текстильным производством». Очень, между прочим, умиротворяющая работа, к тому же для будущего сельского хозяйства полезная: из огромного пучка сухой крапивы получается небольшой пучок кудели — и огромная куча мелких отходов, которые, как я уже хорошо знал, очень полезна в деле повышения урожайности огородных грядок: если эту труху закопать в землю, ее очень быстро червяки перерабатывают во что-то, растениям необходимое. Понятное дело, что специально траву на труху переводить — дело просто глупое, но если она получается все равно в качестве отхода очень нужного «производства», то почему бы этим не воспользоваться? Разве что пока у меня никакого огорода не было, но ведь всякого зерна у меня в леднике хранилось несколько ведер, так что трухой можно будет и поля «удобрить» — ну, следующей весной, потому что я пока что даже не решил, где буду грядки копать или поля обустраивать. Да и нечем мне было копать и пахать — но это пока нечем, а вот наступит весна…

Однако весна наступит еще не скоро, а пока только зима наступила. В начале ноября наступила, с первым снегом. Но и первый снег успел растаять, а всерьез зима настала уже в конце второй декады ноября — и вот она наступила уже всерьез. Снег дня три без перерыва валил, а температура даже днем выше минус пяти не поднималась. И Тимка с Таффи уже на улицу предпочитали не выходить, не нравилось им по глубокому снегу бегать. А я порадовался тому, что в трактирах все же окна нормальные ставились и в доме по крайне мере днем относительно светло было. Я бы, честно говоря, тоже из дому бы не выходил, но хотя бы за дровами выходить приходилось — и во время одного такого выхода мне показалось, что на опушке несколько интересных зверей промелькнуло. Ну, мне до опушки идти всего-то метров тридцать, так что я прогулялся — и увидел на снегу отпечатки разных лап. Очень разных, и следы рыси меня даже не особо и удивили, а вот заячьи заставили задуматься. И думал я не очень-то и долго: сказав котикам, что скоро вернусь, решил посмотреть поближе, где тут зайцы водятся и попробовать. Какие нынешние зайцы на вкус.