Поднять все заслоны и положиться на ключ. На Мэйнфорда, которому, быть может, вырежут сердце… ему ведь не впервой умирать. И что дальше? Она отсидится? Позволят ли ей? Но всю оставшуюся жизнь взаперти не проведешь. — Ты всегда мне завидовал, — отец больше не выглядел жалким. — Это ты рассказал ему про меня и Элизу. Ты сам хотел получить ее… ты пытался… я знаю, что пытался… ты всегда отбирал мои игрушки… Надо решаться. Решать. — Ты попытался и ее очаровать, верно? Только Элиза устояла. Она любила меня. По-настоящему любила… — отец двигался медленно, не спуская взгляда с того, второго, которого тоже звали Теодором. Что за глупость, давать детям одинаковые имена? Тельма в жизни так не поступит. — Даже когда я ушел… ты не мог причинить ей вред напрямую… думаю, ты с удовольствием убил бы ее самолично, но клятва… я ведь не зря заставил поклясться и тебя тоже… но ты отыскал свой способ. Ты отдал ей камень, а потом подсказал своей любовнице, где его искать… и как добыть… Ей не справиться самой. Но если… ей ведь обещана была помощь. …только альв сумеет поймать альва. Захочет ли? — Скажи, ты видел, как она умерла? — Я видел, как она умирала, — эхо. Голоса неразличимы, и сами они… Тельма почти запуталась. — Я бы мог остановить это… — Почему тогда… — Не захотел. Тьма заворчала. — Я держал ее за руку. Эта рука была теплой. Довольно долго она оставалась теплой и когда жизнь покинула тело… странно… люди не понимают, сколь многое им даровано. Но мне понравилось. Эта игра была… интересна. Да, — он смежил веки. — С другими — иначе… другие… они все оказывались недостаточно яркими. А если и сияли, то недолго. Почему, брат? Я ведь старался. Я выбирал. Долго выбирал… придирчиво. Дело в крови, верно? И тьма уставилась на Тельму с новым интересом. Теперь она жила в глазах того, который… нет, не чувствовала Тельма родственной связи с ним. — От нее пахнет Стражем, — сказал он, и ноздри дрогнули. — Он покрыл ее. Признал эту самку. Самку? Да что себе… — Самку, — выходит, мысли ее были ясны, явны даже, если прочесть их оказалось легко. — Всего-навсего маленькую самку, которая думает, что она сильная и важная, а на деле… знаешь, что ты такое? Волна желания опалила. Скрутила. Едва ли не лишила разума. Не лишила. И Тельма справилась с этой волной. Хватит! Она, быть может, и не столь сильна, и вообще ничего не понимает в древних играх, но с нее хватит. — А с нею будет интересней, чем с остальными, — он произнес это задумчиво. — Правда, на мать она не похожа… жаль… можно попробовать изменить…