Думать об этом не было особо времени. Едва мы поужинали и распределили график дежурств, сразу пошли на боковую. Ночь стояла безоблачная, и луна ярко освещала всё вокруг. Я лежал и смотрел на неё, думая о демонах, героях-любовниках и о сестре.

Как она там? Будет ли у меня шанс вернуться? Смогу ли вообще здесь выжить? Все эти мысли и усыпили меня, ровно до того момента, пока не разбудил Виктор.

Моя смена прошла тихо. Я тренировался с мечом, стараясь отточить новые движения, которые показал мне наставник. И вовсю наслаждался тишиной.

Только перед самым восходом солнца я услышал какой-то шорох. Он раздался со стороны фургонов. Сначала я подумал, что проснулись женщины, но потом увидел невысокую фигуру в длинном плаще, которая прокралась мимо храпящего Ракса и дала дёру.

Поднимать тревогу я не стал, даже меч не вытащил, а тихо двинулся следом, на предельной скорости. Догнал быстро, резко дёрнул на себя за полу плаща.

Фигура вскрикнула женским голосом и завалилась, вцепившись меня пальцами. В итоге я оступился и едва успел упасть так, чтобы своим весом не придавать её.

— Да чего тебе от меня нужно⁈ — прошипела девушка, пытаясь выбраться из-под меня.

В сумерках я отлично её разглядел: миловидное лицо, большие тёмные глаза и светлые волосы. А потом опустил взгляд ниже и сразу упёрся в вырез платья. Большой, к слову, вырез.

— Вы задержаны до выяснения обстоятельств, — машинально вырвалось у меня. — Кто вы такая и что здесь делали?

— Слезь с меня, здоровяк, — в её голосе уже было меньше возмущения, а вот елозить она стала больше, едва не забрасывая на меня ноги. — Тяжёлый какой! Раздавишь!

— Кто вы такая? — я с трудом отвёл глаза от её груди и поднялся, снова дёрнув девушку на себя, чтобы не убежала.

— Какая тебе разница? — дёрнула она плечом.

Я снова оглядел её помятое и вызывающее платье, сонное лицо, и сразу всё понял.

— Спрошу по-другому, к кому ты приходила?

— Не к тебе, вот ты и бесишься? — с вызовом ответила она.

Краем уха я продолжал слушать звуки в лагере, подумав о том, что она может быть всего лишь отвлекающим манёвром. Но в тишине раздавался лишь забористый храп.

— Ты ночью пробралась в лагерь. Мне глубоко плевать, с кем ты спала и за сколько. Вот только ты на вверенной мне территории. Если ничего не украла — уйдёшь с миром.

— Ах ты! — она постаралась отвесить мне пощёчину, но я жёстко перехватил её руку.

— К кому. Ты. Приходила?

— К Раксу. — То, как это было сказано, говорило куда больше, чем сами слова.

На шум выглянул и сам Ракс. Увидев ситуацию, он просто махнул рукой, чтобы я её отпустил и скрылся в шатре. Что же, начальник дал добро, моя совесть чиста.