— Хорошо, — кладет ее рядом и надевает на него майку. — Приняла горячую ванну, сделала масочку, заказала суши.
— Молодец.
— Больше ни о чем не спрашивала? — в голову приходит мысль, что мама могла упомянуть о том, что Инжу якобы до нее не дозвонилась.
— Нет. А должна была?
Жена поднимает на меня грустные глаза, в очередной раз вызывая во мне чувство вины. Мы завязли в болоте, из которого можем выбраться, но почему-то нас продолжает тянуть на дно.
— Давай поговорим, — предлагаю ей, когда Рус убегает на поиски планшета, а Инжу все также сидит на его кровати, сложив руки на коленях.
— Давай не сегодня, — она понимает, о чем пойдет разговор, но упорно оттягивает его.
— Когда?
— Дай мне время, пожалуйста. Мне надо подумать.
Несколько секунд мы смотрим друг на друга, и первым прерваю молчание я.
— Хорошо, — вздыхаю. — Как будешь готова. Я буду в кабинете, мне надо поработать.
— Иди.
Не сказав ни слова, я разворачиваюсь, иду в свой небольшой кабинет, где закрываюсь на замок и открываю ноут. У меня есть местный номер таинственного Рашида, а еще скрин его американского паспорта.
В США живет мой университетский друг, с которым мы до сих пор продолжаем общаться. Сейчас в Калифорнии четыре часа утра. Есть надежда. что Тим прочитает днем и поможет. Пишу ему с просьбой нарыть мне что-нибудь на Сеита, а сам прогоняю его имя по поисковикам.
Гугл выдает мне научные статьи Рашида Сеита, ссылку на страницу Университета здоровья и науки в Филадельфии, где он, как оказалось, возглавляет Центр эмбриональной клеточной и генной терапии.
Рашид Сеитов (а на американский манер Сеит) — ученый — генетик с мировым именем. Родился в Алматы, окончил Казахский государственный университет, в середине 90-х выиграл стипендию на учебу в магистратуре университета Пенсильвании. С тех пор живет в США, получив там гражданство. Женат, двое детей.
Просматриваю фотографии. Седой, носит очки, высокий, как подметила Инжу. В душе что-то неприятное зарождается, крутится, копится. Мне не нравится то, что я вижу. Я ничего не понимаю.
Беру в руки мобильный, нахожу сообщение для Баура в мессенджере и нажимаю на номер телефона, что расплывается перед глазами синими точками. Жду, слушая гудки, а потом…
— Да?
Молчу, чувствуя как горло сковал огромный ком.
— Да? Говорите.
А голос у него хриплый, с американским акцентом.
— Это Рашид Сеитов?
— Да, — он насторожился. — Кто это?
— Меня зовут Эмир Алиев. Сын Жаннат Алиевой.
Он с каким-то непонятным мне облегчением выдохнул.
— Здравствуй. Жаннат знает, что ты мне звонишь?
— Нет. Но я знаю, что вы ее преследуете. И это мне нравится.