— Инга, это действительно ты?

— Да. Это действительно я.

Как и Отто, он принялся внимательно рассматривать моё тело, чуть стояло мне встать подле него. Он удивлённо хмыкнул, скрестил руки на груди. Прохладный ветер терзал его кожу, но он словно не замечал прикосновения чего-то холодного и мёртвого, покрывшись мурашками. А когда его глаза уцепились за плащ, он вдруг поёжился.

— Инга, — сказал он, переведя взгляд на моё лицо. — Что с тобой случилось? Кем ты стала?

В его голосе звучало отвращение. Мужские губы словно выплёвывали застрявшие в глотке слова, после которых оставалась горечь на языке.

— Юрис, сейчас это не имеет никакого значение. Я пришла с плохими новостями.

Мужчина прищурился, собрав редкие морщины возле глаз в кучу.

— Что случилось? — спросил он, оглянувшись на свой дом.

— Война не за горами.

— Война? С кем? С труперсами? Так ведь вы их победили! Все об этом говорили! Деревня гуляла пять ночей! Мы праздновали мир…

— Вы рано праздновали, Юрис. Сейчас мир как никогда хрупок. И нам пора самим взяться за его укрепление.

— Так, а кто нам угрожает? Скажи мне! Я собственными руками сверну им головы…

— Кровокожи. Такие же, как и я. Те самые, что были здесь и забрали Роже.

Юрис умолк, глядя на меня каким-то одуревшим взглядом. Его лицо медленно искажалось мыслью неминуемой обречённости, и я редко такое наблюдал. Не все думают о себе, есть люди, которые думают только о своей семье. Юрис был один из них.

— Инга, пойдём в дом, быстрее!

— Юрис, остановись.

Мужчина успел сделать пару шагов, но, услышав мой голос, замер.

— Я не хочу, чтобы твои видели…

Юрис обернулся.

— Что… что видели?

Мне было трудно подбирать слова. Я уважал этого могучего мужчину, он сделал для немало, и я не хотел с ним поступать как с каким-то скотом, которого гонят на убой. Я хочу, чтобы он принял свою судьбу. Услышал её из моих уст и молча принял, думая лишь о своей семье. Он поймёт меня. Он обязательно всё поймёт.

— Я пришла за мужчинами, — сказал я.

— Зачем?

— Для победы мне нужна армия.

— Я… я не понимаю. Ты хочешь сражаться с кровокожами нашими руками? Обычными? Из плоти и костей? Да против них даже сталь не поможет…

— Юрис, моя армия подобна мне. Ты понимаешь, что я имею ввиду?

Мужчина умолк. По нему было видно, что он всё понял. Он всё прекрасно понял. Его губы задёргались, видимо, подбирал слова. Но о чём меня спрашивать, когда я уже здесь, и ничего не воротить назад.

— Инга, — с трудом выдавил он, — а по-другому никак?

— К сожалению, по-другому никак. Мне нужно собрать всех мужчина на площади. Толпу охватит паника, все начнут кричать, вопить и реветь. Это неизбежно, можно даже ничего не объяснить. Никто не покинет деревню до тех пор, пока я это не захочу. И не закончу.