— Слухи не врут. То, что мы с Осси еще живы — случайность. Быть может удача. Чудо — что все местные кровокожи разом не бросились на нас. Почти проиграли…

— И всё-таки, вы победили…

— Нет, — оборвал я друга. — Мы лишь спасли наши жизни. Победить не победили. Во всяком случае, победа здесь обрела противный запах, отравила воздух, и я чувствую кислятину на губах. Все жители города отравлены, их разум испорчен. Здесь негде ужиться победе.

— Ладно тебе, не нагнетай.

Громкий треск и вопли раздались за спиной Дрюни. Из-за каменного дома вылетели два кровокожа и рухнули на дорогу. Несмотря на поломанные руки и разбитые доспехи, они остались живы и даже попытались вскочить на ноги, но были раздавлены огромной тушей, вывалившейся из тьмы по их душу.

Когда кровокожих смяло как консервные банки, их тела обратились в прах. Разбухший Хейн пошатнулся, его ступни не сразу коснулись багровой глади, тянущейся к моим ногам. С трудом удержав равновесие, он повернул уродливое лицо в нашу сторону. Выпученные глаза отыскали моё лицо и словно заслезились. Ручной пёс был безмерно счастлив увидеть меня. Он готов был завыть, и, если бы у него был хвост, он обязательно им завилял.

— В городе полно кровокожих, — заявил Дрюня. — Если бы ваши глаза видели как Хейн вошёл в эти сраные ворота. Это было нечто! Эта туша даже не остановилась, как кегли раскидала дюжину кровокожих, бросившихся ему на встречу, а потом вонзилась в ворота. Створки хоть и выглядели массивными, тяжёлыми и прочными, но против лома нет приёма. Хейн снёс одну створку с петлями и опрокинул её на двух кровокожих…

Дрюня умолк, услышав раздавшийся за нашими спинами мужской голос. Следом за Хейном на кровавую гладь выбежал Зико. Мужчина задыхался и обливался потом. Кожаный жилет был порван двумя точными ударами меча, чудом не зацепившие плоть и кости. Хоть он сам весь дрожал от злости и адреналина, руки его крепко держали меч, чья сталь тускло поблёскивала в лунном свете.

— Инга! — Зико бросил короткий взгляд куда-то за стену, а потом подбежал к нам. — Инга, где прокуратор Гнус?

— Вот он, — я бросил взгляд на кучу костей.

— Он мёртв? — в голосе Зико удивление боролось с радостью.

— Он ушёл, но обещал вернуться.

— Я вижу останки, и для меня это явное подтверждение его смерти, — сказал Зико. — Тогда нам необходимо зачистить город от всех кровокожих! Мы вернём себе власть!

Глаза мужчины сверкнули безумством, отскоблившим с его души всё благородство. Влажные от пота волосы ниспадали на лицо, скрывая в своей тени затаившуюся улыбку, широкую и злую.