Утром, пока обозники собирались, Ясна ещё раз осмотрела почтенного Звягу. Большая хворь, изгнанная накануне, действительно ушла. Но пока бесик был в человеке, он успел поломать всё, до чего дотянулся, и теперь на его место пришел пяток мелких Хворек. Но с ними волховица быстро справилась, кого выгнав, а кого уговорив самого сбежать. И теперь, чтобы не взрастить нового Хворю, нужно помочь всем поломкам спокойно починиться. Так что купца опять напоили отваром из коры, в этот раз уже без полыни, и запретили есть до утра следующего дня.
А потом обоз тронулся в путь. И Ясна уже не жаловалась сестре, что идти устала, ведь ей выделили место в телеге, вместе с женщинами и детьми, которые с купцом до родни поехали. И, как научила старшая, пыталась понемногу расширять дар. Мала шла рядом и про себя посмеивалась, наблюдая за подпрыгивающей на каждой кочке вместе с телегой сестрёнкой, и беседовала с помощником Звяги.
Выяснилось, что купец вознамерился осенью на морском побережье торговать, теперь держал путь к Срединному Морю, откуда уже на ладьях спустится до большого порта. Он бы и отсюда поплыл, вон, за волоком можно по рекам спуститься до Малого Морского Порта, откуда уже быстро добраться до любого города по побережью, но по уговору с другими торговцами, ему пришлось такой крюк заложить. Ну и слава берегиням, они в пути уберегли, лекарку-волховицу той же дорогой направили. А то бы беда была.
К обеду они доехали до гостевого двора и решили остаться там на постой на весь остаток дня — Звяга совсем ослаб и даже в телеге с женщинами едва ехал. А тут в спокойствии поспать и на утро сил прибавится. Но его надежды не оправдались. На следующий день он хоть и чувствовал себя получше, только с тела окончательно спал и очень кушать хотел. Ясна проверила нутро и сжалилась, позволив пить по полчашки овсяного киселя раз в час. Так что обоз опять немного задержался — пришлось подождать пока посыльный в деревню сбегает и толокна купит, а потом из толокна киселя на день наварят.
Так они и ехали от гостиного дома к гостиному дому, даже в три встретившихся в пути города не стали заходить, лишь на околице остановились и до лавки травника посыльного отправили, а то нужных лекарств с собой не оказалось. Купец шел на поправку. На третий день Ясна разрешила добавлять в кисель немного мёда и сменила отвары из осиновой коры и зверобоя, на крепко заваренные мяту и шиповник, а после пятого дня и каши дозволила.
Понемногу пристроившиеся к обозу путницы разошлись по своим деревнями и городам и в телеге остались лишь четверо пассажиров, одним из которых по-прежнему был сам купец. Да и до Срединного моря оставалось всё меньше и меньше, оно приближалось вместе с будущим расставанием.