Аглая заварила чаю, разлила по чашкам и уселась в огромное кресло из дуба и черной кожи, которое пережило в свое время падение из окна дедушкиной усадьбы, а теперь намеревалось пережить их всех. Чай с земляничными листьями чудесно сопровождали пирожки с земляничным вареньем. Аглая была мастерица подобных комбинаций.

Опасения Антонины ее не взволновали, мало ли с чем и как экспериментируют студенты, этот кампус триста лет стоит на этом месте и простоит еще столько же.

— Ты ведь и сама в это не веришь? — уточнила она у Антонины.

— Во что? В большой ущерб? Не верю. А что попробуют — верю. Но думаю, что эксперимент будет полностью локализован. Гелий считает, что первая команда, которая попробует что-то подобное предпринять, будет группа Трилобитов, у которых есть прекрасное помещение. Максимум — кто-нибудь себе что-нибудь сломает, остальные полюбуются и сделают выводы, и на этом дело закончится.

— Почему они Трилобиты?

— Вроде бы потому что трилобит сильно растет в течение жизни, и они тоже так планируют.

— Ха! Надеюсь, они не собираются составлять конкуренцию мне?

Аглая весила уверенно за сотню.

— Думаю, они имеют в виду исключительно духовный рост.

— Истинный духовный рост всегда сопровождается физическим!

Похихикали. Антонине было легко с Аглаей. Впервые в жизни у нее была такая подруга, и ничего, что она была лет на десять старше. Главное, что ей не надо было ничего доказывать. Что там говорят психологи? Человек отдыхает в ситуации, когда он получает удовольствие, ни за кого не отвечает и ни с кем не конкурирует? Аглая со своим чаем — три в одном. Ни один из других друзей Антонины не собирал все три пункта. Причем если не жадничать и брать два пункта из трех, не знаешь что хуже — отвечать за кого-то или конкурировать. С одной стороны, ответственность за весь кампус она несет каждый день, что тяжело, с другой стороны, если за временный отказ от этой ноши надо платить конкуренцией во все лопатки, то она предпочтет первое.

Антонина сама не заметила, как уничтожила пирожки.

— Ой, кажется, я всё съела!

— Так я их для тебя и пекла!

— Ты еще и сама их печешь?

— Ну а кто? Не нашей же столовой доверять. Так-то они прилично готовят, но любые пироги у них рассчитаны как минимум на Змея Горыныча. Где не только три головы, но и в каждую влезет чемодан. Неприемлемый для меня форм-фактор. Потому что я считаю, что пирожок должен быть маленький. Пусть их будет много, но маленький. В идеале на один укус.

— Ох, согласна! Но как же вкусно!

Поболтали о замене дронов, порадовались, что не надо менять хотя бы тех, кто ползает и ездит. Вот было бы мороки. Ставь их на учет, переучивай студентов и персонал. А так катаются себе и катаются.