— Прикольно! — восхитился Баклан, который и с хранилищем, в котором мы пересобирали в августе данные Приемной комиссии, был знаком только с моих слов.

— Переводись к нам, — щедро предложил Швед.

— Не-не, мне такое не по силам, — разулыбался Баклан. — Я сбоку поаплодирую. Вон нам Риц вечером расскажет.

— И расскажу!

— Тогда погнали уже, они через двадцать минут начинают.

Тестирование новых кристаллов, которые пришли на замену предыдущему поколению, установленному в дронах, было обставлено с необычной помпой. Обычно процедура проводилась формально, без анонсов, и уж подавно никто не ожидал, что прибудет даже министр.

Гелий прийти отказался. Сказал, что он набрался впечатлений вчера и ему хватит. И сделал прогноз, что студенты смогут сломать десять процентов кристаллов у Атата Электроникс и пару штук у Муром Инк. Причем эта пара штук должна быть установлена в чем-то невменяемом, типа летающих садоводов.

— Да и знаю я, как они это будут делать. Сначала прогонят стандартный протокол, а потом начнут метать простейшие элементы без встроенного разрушителя. Ты там посмотри, кто из простейших будет самым отстойным.

— Я тебе и так скажу. Вчера в университетское хранилище положили тестовый образец под называнием Бумеранг. Выглядит многообещающе.

— Ну-ка, ну-ка, я еще не видел. Показывай. Зачем мы такое сделали?

— А это наши дорогие Трилобиты постарались. Карающий меч, голову с плеч. Тестовый ужас. Но довольно гуманный, он просто рубит кристалл пополам, если кристалл недостаточно силен, не внушая ему вредных мыслей.

— Как мило. А другие функции у него есть?

— Есть. Теоретически. Это вариант сцепки. Видишь, у него по верхнему краю непроявленные связи, их можно отрастить в должных условиях, правда, как они растут еще никто не проверял.

— Мило, мило. А кто делал?

— Да чуть ли ни сам Швед… Дай-ка я проверю… А! При участии Рица. Из нашего хранилища это пока не выйдет, я надеюсь.

— Не надо печалиться, вся жизнь впереди! Вся жизнь впереди! Надейся и жди! — внезапно запел Гелий.

Марго аж подскочила.

— Где ты берешь это старье?

— В голове, где же еще. А старье-то никуда не девается. У нас, помнится, на первом курсе была в программе очаровательная вещь — лагоболон.

— Что это?

— Зайцебойка. Изобретение уважаемой диффузной зоны. Они там тоже какими-то внешними источниками вдохновлялись. Ровно такая же штука, только менее симметричная. Применялась для того же самого. И тоже со словами, что можно чего-то у нее из горба вырастить. Но куда-то она потом делась. А давай глянем, может, остались еще следы в библиотеках?